-  И как бы то ни было, я думаю, что эти растяжки будут смотреться лучше с кровью валгов на них.

***"

"Несрин оставалась на крыше, пока Аэлина шла к противоположной стороне площади — быстрее, чем Шаол мог ожидать.

Он поспешил так быстро, как только мог сквозь толпу, трое мужчин собрались возле другого края платформы — готово.

Часы пробили шесть, когда Шаол остановился, убедившись, что двое его людей уже ждали на узкой аллее. Когда стражники наконец-то убрали тело первого пленника и пошли за вторым, мужчина рыдал, умоляя их, вынужденный стоять на коленях в луже крови своего друга.

Палач поднял топор.

И кинжал любезной Аэлины Галатинии прошел шею палача насквозь.

Черная кровь брызнула — часть на растяжки, как Аэлина обещала. Прежде чем охранники смогли закричать, Несрин открыла огонь с другого направления. Этот отвлекающий маневр был необходим Шаолу, когда он и его люди хлынули на платформу посреди паникующей и бегущей толпы. Несрин и Аэлина выстрелили снова к тому моменту, как Шаол попал на сцену, дерево было предательски скользким от крови. Он схватил двух пленных и закричал на них, чтобы бежали, бежали, бежали!

Его люди бились на мечах с охранниками, когда он камнем бросил заключенных вниз по ступенькам в безопасный переулок, где их уже ждали мятежники.

Квартал за кварталом они бежали, оставив хаос позади себя на площади, пока они не попали к Авери, и Шаол посадил их в лодку.

Несрин нашла его выходящим из доков через час, целым и невредимым, но забрызганным темной кровью.

- Что случилось?

- Столпотворение, - сказала Несрин, осматривая реку под заходящим солнцем. - Все нормально?

Он кивнул.

- А вы?

- Мы обе в порядке, - спасибо, подумал он с проблесками стыда.

Она знала, что он не мог заставить себя спросить об Аэлине. Несрин отвернулась, направляясь обратно в ту сторону, откуда она пришла.

- Куда ты идешь? - спросил Шаол.

- Иду мыться и менять одежду, а потом надо пойти и все рассказать семье человека, который умер сегодня.

Это был закон, даже если это было ужасно. Лучше что-бы его оплакивала семья, чем смотреть на сочувствующих мятежников.

- Ты не должна этого делать, - сказал он. - Я пошлю одного из мужчин.

- Я городская стража, - сказала она откровенно. - Мое появление не будет неожиданным.

И, кроме того, - сказала она, со слабым отблеском веселья в ее. - Ты сам сказал, что у меня точно нет толпы женихов, ждущих снаружи дома моего отца, так куда мне еще деть себя сегодня вечером?

- Завтра важный день, - сказал он. Шаол уже проклял себя за эти слова, которые он выплюнул в ту ночь. Он чувствовал себя полным ослом, даже если бы она никогда не упомянула о, том, что ее беспокоило.

- Все было просто отлично, пока ты не пришел, Шаол, - ответила она устало,со скукой в голосе. - Я знаю свой предел. Увидимся завтра.