Запахи, которые просачивались из-за двери, были ужасны, словно каменные когти скребли низ позвоночника Маноны, она и ее Вторая, и Третья сохраняли дистанцию. А Астерина зашла так далеко, что обнажила зубы на охранников, дежурящих у двери, ее золотистые волосы и грубый кожаный ремешок, который она носила на лбу, поблескивали в свете факелов.

Мужчин было не так много. Она знала, что их подготовка не имела ничего общего с ними — и от них исходила та же странная вонь.

Манона взглянула через плечо на Весту, которая ухмылялась охранникам и каждому, прошедшему мимо слугу. Ее рыжих волос, кремовой кожи и черно-золотых глаз было достаточно, чтобы отвлечь мужчин, пока она использовала их. Но эти охранники не дали никаких ответной реакции.

Веста заметила внимание Маноны и подняла свои рыжие брови.

- Не сейчас, - сказала ей Манона. - Пора на охоту, - Веста кивнула и пошла вниз в затемненный коридор. Она вздернула подбородок в сторону Лин, которая подарила Маноне злой, маленький оскал и исчезла в тени.

Манона и ее Вторая, и Третья молчали, когда они поднимались в разрушающуюся башню, где размещались Тринадцать. Днем их драконы забирались на массивную верхушку башни, чтобы подышать свежим воздухом и посмотреть на лагерь для военнопленных, далеко, далеко внизу... На ночь они сами прилетали в Орлиное Гнездо и ставили их на места."

"Это сделать гораздо проще, чем запереть их в зловонную клетку в чреве горы с остальными драконами, где они бы только рвали друг друга в клочья или портили свои крылья. Они попробовали разместить их там всего один раз по прибытию. Аброхас был в бешенстве так, что его и других ездовых животных пришлось отвлекать, пока они брыкались и ревели, угрожая все разнести. Спустя час Манона реквизировала эту башню для Тринадцати. Казалось, что странный запах тоже взбесил Аброхаса.

Но в гнезде вонь для животных была знакома. Кровь, дерьмо, сено и кожа. Того отвратительного запаха здесь не было, возможно, потому, что они были  высоко, и ветер его сдувал.

Солома, покрывающая весь пол, захрустела под их сапогами, прохладный ветерок подметал ее к крыше, где находились драконы, это место они забрали за полцены, благодаря упрямости Сорель. Чтобы сохранить драконов от ощущение, что они в клетке — и тут Аброхас мог смотреть на звезды, как он любил делать.

Манона пробежала глазами над кормушками в центре камеры. Ни один еще не прикоснулся к мясу или зерну, предусмотренными смертными людьми, которые поддерживали эйри. Один из этих мужчин накладывал свежего сена, но при виде железных зуб Маноны уносился вниз по лестнице, привкус его страха витал в воздухе, как подтеки масла.

- Четыре недели, - сказала Астерина, поглядывая на своего бледно-голубого дракона, видного в одной из многочисленных открытых арок.