Были арестован за непристойное обнажение, но лучший друг дочери их босса внес за него залог, потому что у них был роман...

— Изабелла, — снова сказал Кай.

— Хмм?

— Ненужная деталь.

Достаточно справедливо. Не все находили сексуальную жизнь случайных жителей Нью-Йорка такой интересной, как я. Может быть, потому, что они занимались сексом, а не ограничивались тем, что слышали об этом от друзей и незнакомцев.

К его чести, Кай не сразу повернулся и не вышел за дверь из-за перспективы всю ночь метать дротики в воздушные шары. Вместо этого он отвел взгляд от художника-йога, снял пальто и повесил его на ближайший стул.

Раздражающий укол облегчения пробежал по мне. Мне должно быть все равно, останется он или нет. Мне не очень нравилось его общество.

Я накинула свое пальто поверх его и сняла два халата с крючков на стене справа от нас.

— Как ты узнала об этом месте? — Кай закатал рукава и принял халат, который я ему протянула.

Я бросила взгляд на его предплечья. Загорелый, мускулистый, с сексуальными прожилками вен и легкой копной темных волос…

Электрическая дрожь пробежала по моему позвоночнику, прежде чем я отвела взгляд.

Новая Изабелла не пускает слюни на предплечья случайных мужчин. Независимо от того, насколько они горячие.

Кай приподнял бровь, и я запоздало вспомнила, что он задал вопрос.

— Мой брат Феликс рассказал мне об этом. — Я сняла туфли на каблуках и застегнула халат, все это время не отрывая взгляда от полотен. Так было безопаснее. — Он художник, и ему нравится приходить сюда, когда он чувствует себя застрявшим. Он говорит, что пребывание в окружении других креативщиков в обстановке низких ставок помогает высвободить идеи.

— Метод Феликса по расклеиванию у меня никогда не срабатывал, но мне нравилось, насколько забавным было это упражнение. Иногда я ставила другого человека в пару для вопросов; в других случаях я довольствовалась простым метанием дротиков. — Он живет в Лос-Анджелесе, но часто посещает Нью-Йорк и знает все подземные заведения.

— Художник. Писатель. Творческая семья. — Тепло Кая коснулось моего бока, когда он подошел ко мне.

Даже в уродливом черном халате он выглядел аристократично, как принц среди простолюдинов.

Он взял дротик с ближайшего подноса и протянул его мне.

Я осторожно взяла его. Наши руки не соприкасались, но мою ладонь покалывало, как и у них."

"— Это только я и Феликс, сказала я. — Остальные мои братья не увлекаются искусством. Габриэль, самый старший, управляет нашим семейным бизнесом. Ромеро — инженер, а Мигель преподает политологию в Беркли. — Кривая улыбка.