Они могли делать все, что хотели, до тех пор, пока не причиняли вреда другим людям или конечному результату. Кроме того, из двух соучредителей Колин был наиболее сговорчивым в этой сделке. Его соучредитель Рохан Мишра сопротивлялся, пока Колин не привел его в чувство. Теперь мне приходилось либо иметь дело с Роханом, либо отложить заключительные переговоры до следующего года, вероятно, после того, как уже состоялись выборы генерального директора.

Черт возьми.

Даже если на карту не была поставлена должность генерального директора, сделка с DigiStream была необходима.

Правление может мне не поверить, но сервис потокового видео был будущим новостей, поскольку мир перешел от традиционных средств массовой информации к репортажам, ориентированным на граждан.

И теперь сделка, которая укрепила бы мое наследие, оказалась под угрозой срыва, потому что двадцатичетырехлетний технический гений не смог достаточно долго держать свой нос подальше от кокаина, чтобы подписать контракт, который сделал бы нас обоих легендами.

— Иди, — сказал Данте, точно прочитав мое настроение. — Дай нам знать, если тебе что-нибудь понадобится.

Я ответил коротким кивком, моя первоначальная паника перестроилась в список дел и контрольные списки. К тому времени, как вошел в вестибюль, я уже отправил цветы в палату Колина через своего помощника, связался с офисом Рохана, чтобы организовать звонок, и собрал свою команду на экстренное совещание в офисе.

Эти действия подстегнули мой адреналин, и когда я вышел на свежий осенний воздух, ко мне вернулась моя обычная холодная, практичная ясность.

Колин был в больнице, но он не был мертв. DigiStream все еще работал, и Рохан присутствовал на всех встречах.

Мне не нужно было посвящать его в последние события. Возможно, ему понадобилось бы больше ухаживаний, но сделка была в наших обоих интересах. Даже такой упрямый человек, как он, мог это видеть.

В конце концов, я мог бы спасти сделку до праздников. Если бы я этого не сделал, я бы все равно стал генеральным директором.

Все было бы хорошо.

Я добрался до главного перекрестка и собирался поймать такси, когда знакомый смех ударил меня прямо в грудь.

Я не осознавал, что останавливаюсь. Все, что знал, это то, что в одну минуту я двигался; в следующую я застыл, наблюдая, как Изабелла идет ко мне.

Ее лицо светилось оживлением, когда она разговаривала со смутно знакомым парнем рядом с ней. Ее рубиново-красное пальто выделялось на фоне одетых в черное людей, кишащих на тротуаре, но даже без него она была бы самым ярким пятном дня.

Она снова засмеялась, и кусочек чего-то зеленого и неприятного свернулся у меня в груди.

Я напрягся, ожидая нашей возможной встречи. Она была всего в нескольких шагах от него.

Ближе.

Ближе.