— Без дополнительной информации я не могу точно сказать, будут ли у меня с этим проблемы или нет, Верховный адмирал.

* * *

— Справедливо, капитан, полагаю, что вы знакомы с главой недавно сформованного коалиционного ожогового центра. Виктория, не могли бы вы сделать шаг вперед?

Лукас на мгновение замер, а затем резко обернулся, быстро ища ее глазами.

Тори застыла на своем месте. Дядя Уильям не предупредил ее, не дал понять, что принял ее предложение близко к сердцу. Она не была готова. Все взгляды повернулись к ней, но именно Лукас помог ей преодолеть смущение и медленно приблизиться к адмиралам.

«Вы только посмотрите на нее, — с восхищением думал Лукас, когда она шла к нему: высокая, уравновешенная и сильная. — Ну, какая же она красавица!» Он хотел броситься к ней, захватить в свои объятия, кружить и целовать до потери сознания, но понимал, что пока не время. А Виктория жаждала ощутить тепло и надежность его объятий, обернувшись вокруг него и целуя каждую клеточку его могучего тела. Прошло почти пять недель с момента их разлуки, и она не могла больше ждать. Гладя на любимого, она видела, что он чувствует то же самое, но сейчас не время и не место. Они под пристальным вниманием всего Высшего Совета, и она не позволит своим чувствам унизить его достоинство в глазах руководства планеты.

— Верховный адмирал! — обратилась она к Уильяму, оказавшись рядом с Лукасом.

— Ваше мнение, вы справитесь с проблемами, которые могут возникнуть между вашими врачами и капитаном Зафаром? — потребовал Верховный адмирал.

Девушка смотрела на своего дядю, решая, как справиться с ситуацией, в которую он втянул ее, и поняла, что будет обращаться с ним так же, как и с любым другим адмиралом.

— Как я уже объяснила вам ранее, Верховный адмирал, врачи, которых я приведу на корабль, будут находиться под стрессом, который вы и ваши офицеры никогда полностью не поймете, — все адмиралы напряглись, услышав ее заявление. — Капитан Зафар уже заявил, что каждое совершенное им убийство влияет на него. Я не верю, что он сказал что-то такое, чего вы, в Высшем Совете, еще не знали из своего личного опыта. Никто из вас не продвинулся бы так далеко, если бы наслаждался чьей-то смертью, — теперь она могла сказать, что запутала их. — Но врачи, которых я собираюсь привести на «Хранителя», и то, что они собираются делать… — она посмотрела на Лукаса, подыскивая слова. Абсолютная вера, которую она увидела в его глазах, дала ей силы продолжить. — Смерть — это легко, господа. Ты нажимаешь на курок, и все кончено, а ты идешь дальше. Хотя я не пытаюсь свести к минимуму то, чего это стоит каждому из вас, вам никогда больше не придется смотреть в глаза этого человека, вы никогда не увидите их наполненными такой болью, что они почти черные.