– Губы Поппи изогнулись в ехидной насмешке, хотя ей вовсе не было так весело, как могло показаться.

– Я уверена, что прочитала слишком много сказок, в которых принц, как полагается, убивает дракона, побеждает злодея, женится на служанке и привозит ее в свой замок.

– Сказки следует воспринимать как развлечение, – ответил Гарри, – а не как справочник к реальной жизни.

Он аккуратно снял свои перчатки и спрятал их в карман. Опершись обеими руками на перила, он бросил на нее косой взгляд:

– А что делает служанка, когда принц бросает ее?

– Она отправляется домой, – пальцы Поппи напряженно сжали влажный комочек платка.

– Я не соответствую Лондону со всеми его интригами и иллюзиями. Я хочу вернуться в Гемпшир, где смогу окунуться в спокойствие деревни.

– Надолго?

– Навсегда.

– И выйти замуж за фермера? – спросил он скептически.

– Возможно, – Поппи насухо вытерла щеки. – Я была бы замечательной женой фермера. Я справляюсь с коровами, я умею готовить рагу. И я ценила бы возможность читать в тишине и покое.

– Рагу? Что это? – Гарри, казалось, проявлял интерес к совершенно не интересующему его предмету, склоняя свою голову все ближе к ее.

– Питательное овощное блюдо.

– Как вы научились готовить его?

– Моя мать, – Поппи понизила голос, как будто выдавала конфиденциальную информацию. – Секрет, – сказала она мудро, – в нескольких каплях эля.

Они стояли слишком близко. Поппи знала, что должна отодвинуться. Но близость Гарри давала ей ощущение надежного убежища, и аромат его был свежим и волнующим. На вечернем воздухе ее обнаженные руки покрылись гусиной кожей. А он был таким большим и теплым. Ей хотелось ощутить его рядом с собой, зарыться, как в норку, в его сюртук, будто она была одним из маленьких домашних питомцев Беатрис.

– Вы не предназначены быть женой фермера, – сказал Гарри.

Поппи посмотрела на него жалким взглядом:

– Думаете, ни один фермер не захотел бы жениться на мне?

– Я думаю, – медленно проговорил он, – что вы должны выйти за человека, который будет ценить вас.

– Такие в большом дефиците, – девушка состроила гримасу.

Ратледж улыбнулся."

"– Вам нужно только одно, – он схватил ее руку, его ладонь легла на задрапированный мягким тюлем рукав ее платья, и Поппи почувствовала тепло его прикосновения даже сквозь одежду.

Его большой палец играл с тонкой кромкой ткани, слегка касаясь ее кожи, отчего у нее напряглись мышцы живота. – Поппи, – произнес он мягко, – а что если бы я попросил разрешения ухаживать за вами?

Она очень удивилась.

Наконец, кто-то попросил разрешения ухаживать за нею.

И это был не Майкл, или любой другой из недоверчивых, высокомерных аристократов, которых она встречала в течение трех неудавшихся сезонов.