– Он ожидающе взглянул на Поппи. – А как вы их приготовили?

– Мы порезали лук-порей, обжарили его в масле и сливках, и... – Она внезапно остановилась, заметив, что ее слушатели во внезапном приливе активности бросились мыть, скрести, крошить и размешивать. Обернувшись через плечо, она увидела вошедшего на кухню Гарри.

– Сэр, – произнесла миссис Пеннивистл, она и Джейк оказались с Гарри лицом к лицу.

Гарри прошел вперед с явным намерением остаться.

– Доброе утро, – сказал он, улыбнувшись. – Простите, что помешал. – Он остановился возле Поппи, сидевшей на табурете. – Миссис Ратледж, – пророкотал он, – могу ли я отвлечь вас всего лишь на несколько минут? Прибыл... – Его голос отказал ему, как только он взглянул в лицо своей жене. Она смотрела на него с легкой кокетливой улыбкой, очевидно, приведшей в беспорядок все его мысли.

И кто мог винить его за это? Джейк Валентайн подумал, что один взгляд на миссис Ратледж одновременно сбивает с толку и гипнотизирует. Хотя Поппи Ратледж всегда была красавицей, теперь в ней появился некий дополнительный огонь, ее синие глаза сверкали новым блеском.

– ... каретных дел мастер, – опомнился наконец Гарри. – Ваша карета была только что доставлена. Я надеялся, вы взглянете на нее и удостоверитесь, что с ней все в порядке, и она именно то, что вы хотели.

– Да, с удовольствием. – Поппи откусила кусочек от бриошь, теплого глазированного шарика, слегка смазанного маслом и джемом. Последний кусочек она протянула Гарри. – Поможете доесть?

Все вокруг с изумлением наблюдали, как Гарри послушно взял из ее рук лакомство, любезно положенное прямо в рот. Удерживая Поппи за запястье, Гарри лизнул кончик ее пальца, на котором осталось пятнышко джема.

– Восхитительно, – произнес он, помогая ей подняться с табурета. Он оглянулся на окружающих. – Я верну ее очень скоро. И вот что, Валентайн...

– Да, сэр?

– Я заметил, что вы слишком давно не отдыхали. Я хочу, чтобы вы немедленно занялись этим вопросом и что-нибудь для себя придумали.

– Я не нуждаюсь в отдыхе, так как не знаю, чем мог бы занять себя, – возразил Джейк.

Гарри улыбнулся.

– Вот именно поэтому отдых вам просто необходим.

Как только Гарри увел жену с кухни, Джейк огляделся вокруг с совершенно ошеломленным выражением на лице.

– Это совсем другой человек, – поразился он."

"Миссис Пеннивистл улыбнулась.

– Нет, он всегда останется Гарри Ратледжом. Вот только теперь... теперь он – Гарри Ратледж, у которого появилось сердце.

Поскольку отель действительно являлся центром, куда стекались все сплетни, Поппи оказалась посвящена в скандалы и личную жизнь людей из практически всех частей Лондона.