Отец передал их мне с точно такими же словами.

– Но вы так и не купили другие?

Гарри покачал головой.

Немного растерянная улыбка тронула ее губы.

– Но я бы сказала, что вы более чем преуспели, и вполне заслужили новые часы.

– Еще нет.

Она подумала, что он, должно быть, шутит, но выражение его лица опровергало ее предположение. Поппи одновременно и возмутилась, и восхитилась свои мужем, и все гадала, какого же еще богатства он намерен достичь, насколько расширить свое влияние и власть, чтобы счесть свое положение достаточно удовлетворяющим его амбициям.

А может, такого понятия как ""достаточно"", для Гарри Ратледжа не существовало вовсе?

Поппи совсем растерялась и расстроилась из-за своих мыслей, когда Гарри достал что-то из кармана фрака, оказавшееся плоским прямоугольным кожаным футляром.

– Подарок, – пояснил Гарри, протягивая его Поппи.

Ее глаза расширились от удивления.

– Вы вовсе не обязаны дарить мне что-либо. Но все равно спасибо. Я не ожидала...О!

Она замолчала, открыв коробочку и увидела там бриллиантовое ожерелье. Поппи молча разглядывала его, выглядевшее словно лужица из сверкающего огня на бархатной подкладке.

Оно было выполнено в виде цветов, перемежавшихся звеньями четырехлистника.

– Вам нравится? – будто мимоходом спросил Гарри.

– Да, конечно... От него просто дух захватывает.

Поппи даже никогда и не мечтала владеть такой драгоценностью.

Единственное ожерелье, которое у нее было, это цепочка с подвеской в виде одинокой жемчужинки.

– Мне... Мне надеть его сегодня вечером?

– Думаю, оно подойдет к вашему наряду.

Гарри вынул ожерелье из футляра, встал за спиной Поппи, и осторожно застегнул его на шее девушки.

Холодная тяжесть бриллиантов и теплое прикосновение его пальцев к затылку и шее под ним заставили ее затрепетать. Муж стоял позади Поппи, его руки легко касались плавных изгибов ее шеи, после чего согревающими поглаживающими движениями передвинулись на ее обнаженные плечи.

– Восхитительно, – прошептал он. – Ничто не может быть прекраснее, чем ваша обнаженная кожа.

Поппи невидящим взглядом смотрела в зеркало, но не на свое вспыхнувшее лицо, а на руки мужа на своей коже. Они оба неподвижно застыли, как каменные изваяния, глядя на их общее отражение в зеркале.

Руки Гарри двигались нежно, как будто он дотрагивался до бесценного произведения искусства. Кончиками пальцев он обвел линию ключицы до ложбинки у основания шеи."

"Взволнованная Поппи вывернулась из его рук и встала перед мужем, обойдя пуф, стоящий перед туалетным столиком.

– Спасибо, – все, что ей удалось выговорить.

Девушка осторожно подошла к нему, чтобы обнять, ее руки скользнули по плечам Гарри.

Поппи не собиралась этого делать, но мелькнувшее в глазах Гарри выражение тронуло ее.