Серьезно? Я не могу провести ни одного прекрасного воскресенья в моем прекрасном счастливом месте без напоминания о том факте, что мой отец никогда в жизни так сильно не разочаровывался во мне?

Воспоминание проносится сквозь меня подобно урагану. Разрывает мою грудь, не оставляя после себя ничего, кроме боли.

Он, должно быть, видит, как радость, которую я обычно испытываю здесь, исчезает с моего лица, потому что его черты искажаются от несчастья.

Он подходит ко мне.

— Привет.

— Как ты узнал, что я здесь? — Говорю я вместо приветствия."

"— Твой муж сказал мне, где ты.

Я приподнимаю бровь.

— Вау.

— Что?

— Ты действительно произнес слова твой муж, не дрогнув.

— Да, ну... — Папа засовывает руки в карманы. На нем брюки-карго и белая футболка, и я не упускаю из виду, как некоторые женщины вокруг нас разглядывают его. Чувак все еще цепляет, а ему уже за сорок. — Не знаю, заметила ли ты, но мы с Райдером подружились.

Райдер продолжает говорить мне то же самое, настаивая на том, что они разрядили обстановку и все напряжение ушло. С тех пор, как мужская команда выиграла “Замороженную четверку”, в Райдере тоже появилось что-то светлое. Его товарищи по команде поддержали его в СМИ, хотя это было унизительно для него, и они с Кейсом снова друзья. Они с моей мамой стали еще ближе, практически лучшими друзьями. Даже мой брат в команде — у этих двоих есть дурацкие прозвища друг для друга. Так что меня не удивляет, что он действительно продвинулся в отношениях с моим отцом.

Что касается меня, я прилагала все усилия, чтобы избежать всего, что связано с моим папой. Я все еще очень зла.

Только я не зла.

Я опустошена.

— Ты была права, — говорит папа. — Он хороший парень.

— Я знаю. — У меня появилась привычка, когда я на взводе, крутить свое тонкое серебряное обручальное кольцо. Как будто присутствие Райдера омывает меня, расслабляет.

Мы спускаемся по дорожке и сворачиваем к другой, пустой. Возле одного из фонтанов есть кованая скамейка. Папа показывает на нее.

Как только мы садимся, он одаривает меня грустной, искренней улыбкой.

— Прости меня, — просто говорит он.

Я ничего не говорю.

— Я знаю, что облажался. Я плохо отреагировал.

— Очень плохо, — бормочу я.

— Просто... в тот момент произошло много всего. Очевидно, я был шокирован. Совершенно не ожидал, что это произойдет. — Он смотрит с иронией. — Ты всегда была ужасна с сюрпризами, например, когда пыталась спланировать вечеринку-сюрприз для мамы и отправила ей приглашение.

Смех вырывается из меня.

— Это была ошибка.

— Ага, я просто говорю, что ты нечасто меня удивляешь. Но это произошло совершенно внезапно. Итак, это был шок. И, наверное, в тот момент я разозлился на то, что вы приняли это судьбоносное решение, даже не посоветовавшись с нами.

— Мне очень жаль.