Мне понравился плохиш, и мне бы хотелось узнать его получше. Я сама не понимаю, для чего выдвинула этот платонический ультиматум. Я жалею об этом последние три часа.

– Если я выпущу на волю свою непристойную часть, то не смогу держать свои руки при себе.

Она склонила голову на бок, его взгляд переместился на его рот.

– А губы?

– Они будут целовать тебя.

– А твой язык?

Вот теперь он точно застонал от желания.

Она посмотрела ему в глаза, словно обдумывала варианты развития событий.

– Не хочешь поехать ко мне? Здесь совсем недалеко.

– С радостью.

– Но чтобы ты знал, это не означает, что Трею Миллсу сегодня перепадет.

Она его убила наповал.

– Это 100-процентная гарантия, – добавила она.

Волна жара понеслась от его живота к паху. Он не выдержит дорогу к ее дому. И не важно, как бы близко он не располагался.

Он обнял ее за плечо, прижал к себе и быстро повел в сторону лимузина припаркованного в дальнем углу стоянки. Ее тепло окутывало Трея, когда она переместила свою руку и обняла его за пояс.

– Красивый закат, – Рейган кивнула в сторону воды.

Трей посмотрел на горизонт. Солнце коснулось океана. Небо окрасилось во всевозможные оттенки розового и оранжевого.

Он никогда в жизни так не радовался закату, как сейчас. Хоть она и призналась в глупости своего решения о платонических отношениях, Трей каким-то чудом пережил этот день и не умер от посинения яиц. Еще два очка Трейстеру.

– Трей, я прекрасно провела этот день, – сказала она, – но мне кажется, основное веселье ждет меня ночью.

– Ты сделала очень верное предположение.

* * *Рейган села в лимузин, подвинулась на белом сидении, позволяя Трею сесть рядом. Неужели она только что пригласила его к себе? И пообещала ему секс? Господи, только потому, что ее киска была невероятно мокрой, набухшей со времени их последнего поцелуя, еще не означает, что приглашение в гости было хорошей идеей.

Трей контролировал себя намного лучше ее. Когда он сел в машину, его длинна челка спала на один знойный зеленый глаз, смотрящий на нее с нескрываемой похотью, прогоняя у Рейган все сожаления. Кроме испачканных в песке ног, и пахнущих псиной рук. Как бы сильно ей не хотелось прикоснутся к Трею, вначале она должна была принять душ. Она забыла о своем решении, ведь сейчас Трей смотрел на нее, как на свой любимый вишневый десерт.

Дверь лимузина закрылась, Трей подсел ближе к ней. Он наклонил голову так, чтобы кончик его носа касался ее щеки, а затем и за ушком, обжигая ее своим дыханием.

– Позже, – сказал он низким голосом, – Я займусь с тобой любовью медленно, лаская каждый участок твоего тела, но сейчас… – он жадно втянул воздух, словно эта мысль приносила ему боль, – а сейчас я собираюсь насладиться тобой."

"Расширив глаза от изумления, она повернула голову.