— Да, бабушка, говорила. Намыливаю тарелку и только потом включаю воду, и споласкиваю. И в ванной, пока буду мыться, ворон считать не буду. И свет тоже буду выключать до одиннадцати. Я все знаю.

— Это хорошо, что знаешь. И волосы, будь добра, как только исчезнет царапина, — снова гладит меня по щеке, правда уже большим пальцем. — Носи убранными.

— Хорошо, — закусывая губу почти сдержанно произношу я. А самой хочется пуститься в пляс.

— Ты тогда иди отлеживайся, сегодня принимать пищу тебя вряд ли можно. Давай я тебе сделаю анисовый чай.

— Нет, спасибо, я сама.

Наверное, должно быть стыдно, что я ее подгоняю, но почему-то… не стыдно. Единственное, что я стараюсь сделать, так это держать лицо. А если быть точнее, казаться грустной и удрученной все то время, когда бабушка надевает верхнюю одежду.

— Как раз такси приехало. Хорошо, что так все сложилось. Свет…

— Что?

— Просто не расстраивай меня, хорошо? И все у нас тогда будет нормально. Мы забудем о вчерашнем, да? — киваю в ответ, прекрасно осознавая, что нет-не забудем. Это просто передышка, подаренная свыше, перед рассказом о работе. — Ну все, я тогда позвоню, как только приеду.

— Хорошо.

Бабушка сама целует меня в щеку и прихватит чемодан выходит из квартиры. Я же подбегаю к окну, осторожно отодвигаю штору и жду, когда же стальная леди примостит свою королевскую попу в салон такси. Долго ждать не пришлось, реально вышла из подъезда и села в машину, правда перед этим посмотрела в окно. Смотрю вслед отъезжающему такси и уже не скрываясь улыбаюсь во все тридцать два зуба. А через пару минут получаю сообщение:

«Я, кажется, сотни раз говорила не оставлять следы пальцев на окне. Протри за собой. И не забывай на ночь проверять дверь»

Вместо «протри за собой» я оставила отпечаток левой руки. Причем дважды. А потом еще понатыкала пальцами правой руки.

— Вопиющая наглость, Светлана Васильевна. Но пусть побудет денек.

* * *Ровно через два с половиной часа, убедившись по видеосвязи, что моя стальная бабушка благополучно добралась до санатория и поселилась в своем излюбленном номере, я начала… балдеть. Да, наверное, только это слова подходит в настоящий момент. Меня тошнило и болел живот? Ничего подобного! Я бодра, здорова и весела. Первое, что я сделала-это непозволительно громко включила музыкальный канал и что есть сил начала петь, и плясать по всей квартире. Надо заметить, немаленькой квартире! Никогда не чувствовала себя такой свободной. Да я и танцевать-то толком никогда не танцевала."

"Вдоволь отплясав и скорее всего посадив себе голос от громкого пения, я была остановлена громким сигналом смс… и нет, как оказалось не от бабушки.

Сказать, что оно меня взбесило-ничего не сказать.