Я поймал ее вздох своим ртом, когда поднял ее с пола, прижимая снова к бетонной стенке. Ноги Маи автоматически обхватили мою талию, сильно сжимая меня. Ее юбка подскочила верх к ее бедрам, я потянул ее еще выше, пока она не оказалась на ее талии.

— Хочу трахнуть тебя, — проворчал я, растегивая свой ремень и спуская штаны вместе с боксерами к своим лодыжкам. Мой член вырвался на свободу, такой пульсирующий и горячий. Держа ее запястья в одной руке, она всхлипнула, когда я, сжав их еще сильнее, поднял над ее головой. Ее раны все еще не зажили, после того как бинты были сняты, поэтому надавив на них, я услышал крик боли.

Хорошо. Я же хочу, чтобы она почувствовала боль. Если я ее чувствую, значит и она тоже должна.

Убрав ее трусики в сторону, мой член тут же пронзил ее. Она вздрогнула от неожиданности, но полностью приняла его. Я трахал ее, как животное, входил ее быстро и жестко, и мне было похер, наслаждалась она этим или нет.

Это был настоящий я. Я показывал, кому она принадлежит. В этот момент я был ее мастером.

Ее тихие всхлипы становились громче, но я закрыл ей рот рукой, вот моя девочка, также я буду тебя трахать всю следующую неделю. Мои глаза встретились с ее. Большими. Испуганными. Расширенными от страха.

И я понял, что ей это совсем не понравилось. Черт. Я воспользовался ею, а она просто приняла все это. Маленькая пчелка делала все, как я хотел.

Я отвел взгляд в сторону и, прильнув к ее плечу, укусил ее. Приглушенный крик сорвался с ее губ, когда мои зубы пронзали ее плоть, а мой член показывал свою власть над ней.

А затем я кончил. Я кончил так сильно, что у меня подкосились ноги.

Слезы бежали по ее щекам, когда я силой брал ее рот, обладая ею полностью.

Когда моя ярость утихла, я оставил ее рот в покое, она моргнула несколько раз, а затем отвернулась. Я тут же резко схватил ее за щеки и со всей силой сжал их, заставив смотреть на меня.

— Никогда, слышишь, никогда не смей отворачиваться от меня, Мая, — выплюнул я сквозь стиснутые зубы.

От слез ее лицо покраснело, в глазах появился блеск, когда она плюнула мне в лицо.

— Ты, Оливер Кинг, самый настоящий долбаный монстр. Я презираю тебя.

Мои руки сжали ее горло.

— А ты, Мая Чайлдс, моя маленькая шлюшка. Смирись уже с этим наконец-то.

Я отступил, опустив ее на пол. Подняв свои штаны, я застегнул ремень."

"— Если я еще раз увижу тебя с этим уродом снова, ты не отделаешься только этим.

Еле стоя на своих ногах, я выбежал из туалета, не оглянувшись ни разу назад.

Глава 30

Мая

Оливер оставил меня там словно тряпичную куклу. Он использовал меня, и такое чувство словно пырнул ножом.

Я, конечно, могла смириться со многими вещами, которые он мне делал — грубым сексом, всякие прозвища. Но чего я ему никогда не прощу, так это отстраненности и такого отношения к себе.