Я откинула голову назад, кладя ее на его накачанную грудь. Его рука схватила меня за горло, и он сжал его, таким образом, доказывая свою власть. Слова не были нужны. Мы оба этого хотели. Жаждали искупления наших сломленных душ и разбитых сердец.

Он тяжело вздохнул.

— Мая. Наконец-то, — грудь Оливера тяжело вздымалась, а теплое дыхание опаляло мою кожу, заставляя мурашки покрыть мое тело.

Момент, который я ждала всю свою жизнь, настал. Момент, когда я стану принадлежать тому, кто хотел меня, а я его. Даже не смотря на всех тех, кого он трахал, или того что было раньше, и на все эти сомнения, мы правда очень хотели друг друга, в этот момент ничто не имело значения.

Открыв глаза, я хотела впитать в себя все это — хотела запомнить этот момент навсегда.

Воздух словно покинул всю комнату — были только мы.

Испорченные. Похотливые. Спасенные.

Глава 23

Мая

— Оливер, подожди. Это ошибка, — в моем голосе слышалось отчаянье. Я просто разрывалась между двумя потребностями: я желала этого мужчину и я думала, что это неправильно. Или скажем так, чтобы вам было проще: я знала, что совершаю ошибку."

"Все что мне было известно так это то, что Оливер собрал все свое дерьмо вместе, и что его впереди ждало светлое будущее IT индустрии.

Через несколько лет я узнала, что он, по сути, был гением, и очень востребованным в разных крупных фирмах. Ага, он далеко был не всезнайкой, мой сводный братик мог податься, например, в модели в любой день. У него была прекрасная внешность, не говоря уже о его несносном характере. Блин, я была в полном замешательстве. Мой контроль висел на волоске от срыва.

— Я хотел тебя все это время. Ничего теперь не сможет меня остановить, — он слегка наклонил свой подборок, словно ожидая, что я ему брошу вызов.

— Ты обязана мне жизнью. Я заберу то, что принадлежит мне. И никакой ошибки во всем этом нет.

Он принялся расстегивать пуговицы моей рубашки, выставляя мою грудь напоказ. Он намотал мои волосы на свой кулак и толкнул меня ближе к зеркалу.

— Ты только посмотри на себя, маленькая пчелка. Так чертовски хороша. Я не думаю, что ты станешь отрицать свое великолепие, — мой взгляд пал на мое лицо. — Это все мое. Эти глаза, которые возбуждают меня, эти губы, которые насмехаются надо мной. Моя.

Все, что я видела в своих глазах, так это возбуждение.

Зрачки расширены, веки потяжелели от вожделения. Губы полные и влажные. На моей коже выступил пот от желания. Я прикусила свою нижнюю губу в отчаянье, пытаясь остановить ее дрожь.

Тыльной стороной ладони он принялся ласкать мою кожу, опускаясь ниже к подбородку, шее, груди на которой его рука задержалась дольше. Я словно околдованная наблюдала за этим всем, глядя в зеркало и опустив мой лифчик вниз, он взял пальцами мой сосок и покрутил его, пока тот не оказался в огне.

— Моя.