Его глаза раздевали меня, трахали меня, когда он скользил по мне своим взглядом. Я прекрасно знала, о чем он думал, определив это по выражению его лица и глазах. Если кто-нибудь увидит это, то настанет конец игре.

К счастью для нас, Джерард и его слушатели что-то обсуждали. Мне было плевать. Даже если бы он нашел ребенка, за которого предполагалась сума в миллион долларов, я бы даже не заметила его. Мои глаза были сосредоточены только на единственном мужчине.

Единственном мужчине, который держал мою жизнь в своих руках.

Единственном мужчине, который мог сокрушить меня одним взглядом или же просто очаровательной улыбкой.

Единственном мужчине, которому я полностью отдавалась.

Я хотела, чтобы о нас узнал каждый. Я хотела открыть эту тайну. Чтобы Оливер признался публично, и сделал меня своей на глазах у всего мира.

Мое сердце изнывало от боли. Единственную вещь, которую я хотела, никогда не смогу иметь. Он никогда не говорил о своих чувствах ко мне,  и к тому же никто не знал о том, что я принадлежу Оливеру.

Это убивало меня изнутри, словно я воткнула себе в сердце чертов кинжал.

Я люблю его. Нет никакой ошибки в том, что я испытываю любовь к своему сводному брату.

И скажу я вам, это было в сто раз хуже: я влюбилась в Оливера Кинга.

Оливер.

Верил ли я в борьбу за то, что хотел?

Черт, да. Но я также знал, когда нужно уйти. Когда бросить бой и отступить. Здесь сидел молодой парень, тот еще ублюдок, но он мог дать Мае тот мир, которого не мог ей предоставить я. За это время я увидел, насколько он был больным придурком, который одержим моей сводной сестрой, и эта одержимость никогда не пройдет. Здесь нет будущего.

Приехать сюда сегодняшним вечером было, словно вздохом облегчения и в то же время проклятием.

Когда я коснулся ее ноги, и она посмотрела на меня, в ее глазах стояла боль, мое сердце затопила любовь в тот момент, и, черт побери, я возбудился. И в этот же самый момент я понял, что должен ее отпустить — дать ей жить своей жизнью.

В Мае переплеталось столько всего: она была скромной, красивой, сексуальной и умной. Ее ждало прекрасное будущее. Она заслуживает лучшего. Она заслуживает быть счастливой. Она заслуживает того, что я просто не смог бы ей дать.

Маленькая пчелка больше не должна мне ничего. Ничего.

Ни. Одну. Единственную. Вещь."

"Я был тем, кто спас ее жизнь. Тем, кому посчастливилось найти ее и взять ее. Я воспользовался ее уязвимостью, чтобы получить то, что хотел. Я так был помешан на мысли сделать ее своей, что даже не заметил, что она никогда не была моей. Она просто пыталась спасти своего отца от той боли. Мая была хороша в этом, в отличие от тех людей, которые используют друг друга, чтобы получить какую-то выгоду. Таких людей как я — монстром, она не раз говорила об этом.

Мы оба были сломленные.