Я голая уже довольно долго, и чувствовать ледяную воду на своей из без того холодной коже теперь еще более болезненно. Я не могу согреться и чувствую, как холод пронизывает до костей.

— Как тебе душ? — с улыбкой спрашивает меня ублюдок.

Хочется ударить его по лицу, но одной свободной рукой мне так далеко не дотянуться.

— Беру свои слова обратно, — произношу я дрожащими губами. — Ты не добрый.

На его лице появляется самоуверенная ухмылка.

— Хорошо.

— Знаешь, что еще оказалось правдой?

— Что?

— Мое предположение о том, что ты мог хотя бы раз в своей жизни поступить правильно.

Феникс прищуривается, его губа дергается, а затем из ниоткуда он превращает воду из ледяного холода в ошпаривающий кипяток. Я кричу, когда вода обжигает мне кожу, и совершенно сбита с толку из-за перепада температур. Я понятия не имею, что горячо, а что холодно, потому что оба чувства приносят боль.

— Пожалуйста, остановись! — кричу я.

— Все еще считаешь меня добрым? — рычит мне в ответ.

— Нет!

— Я. Не. Добрый. — Он наклоняется так близко, что практически сам оказывается под водой. — И секунды не думай, что можешь заставить меня поверить в противоположное.

Я хнычу, закрыв руками грудь и пытаясь защититься.

Он изменяет температуру, возвращая ледяной душ, пробирающий до костей. Я дрожу, кожа горит от чередующихся экстремальных температур, которые он заставляет меня терпеть.

— Теперь будь хорошей девочкой и не двигайся, — говорит он, оборачиваясь.

— Подожди? Ты же не оставишь меня здесь?

Взглянув через плечо, бросает:

— Что, если оставлю? Что ты с этим сделаешь? Будешь кричать? — Коварная улыбка на его лице говорит мне, что излишний шум с моей стороны ему понравится больше.

Внезапно раздается звонок телефона. Феникс на мгновение теряется, и я пользуюсь возможностью, чтобы как можно дальше отойти от напора душа. Невозможно полностью избежать холода, но, по крайней мере, это лучше, чем ничего. Феникс не глядя берет трубку.

— Кто это? — спрашивает он.

Мне кажется невероятно странным, что он не знает. Это, должно быть, новый телефон, поэтому его не должны засечь. Откуда кто-то знает его номер, если парень сам не знает звонящего?

— Подожди, — он кладет палец на микрофон и оглядывается на меня.

И затем уходит с той же отвратительной ухмылкой на лице.

* * * Феникс

Закрываю за собой дверь и фокусирую все внимание на звонке.

— Вернулся, — говорю я.

— Что происходит? — спрашивает мужчина на другом конце провода. Это Антонио, один из контактов Организации, который находит задание. Думаю, для меня нашлась работенка, что очень сейчас неудобно.

— Да ничего, просто личное дело, — говорю я.