Поцелуй поглощает мои губы с неконтролируемой потребностью, быстрее целуя с каждой попыткой ощутить мой вкус. Я не могу насытиться, поэтому придвигаюсь ближе, чтобы он мог поцеловать меня везде. Его губы не щадят мой рот, подбородок, шею, чуть ниже уха, и даже ключицу. У меня сбивается дыхание, когда Майлз касается меня, его рот оставляет горячие поцелуи на моем теле.

— Я так тебя хочу, — бормочет он, хватая меня за лицо одной рукой, а другой свободно бродит по моему телу. — Все, о чем я могу думать —:это ты.

— Я тоже, — шепчу я, когда он целует меня прямо под челюстью.

— Всегда.

Его пальцы одновременно изящные и грубые, притягивают меня ближе, когда Майлз поднимается со своего места, чтобы ужесточить поцелуй. Кольцо в его губе усиливает ощущение, заставляет захотеть потянуть за него и укусить. Мне нравится, как он груб и одновременно мягок со мной, как он сдерживает себя для меня, хотя я чувствую, как напряглись его мышцы от мысли, что он может взять меня. Я чувствую нарастающее напряжение, и когда его рука опускается на мою грудь, я извиваюсь под ним.

— Ты хочешь этого? — бормочет он, пройдясь горячим языком по моим губам.

— Я хотел тебя столько, сколько себя помню.

— Да, — говорю я, почти не в состоянии произнести даже этот один слог.

Я теряюсь в нем, очарована его восхитительными поцелуями и непрерывным горячим нападением на мое тело. Это не то, что я испытывала раньше, и я хочу этого. Хочу все это. Его вкус, прикосновения, влажные движения, запах, рот, язык, все и везде, где он захочет. Отчаянно и крепко натягиваю в руке его рубашку, когда он сжимает мою грудь, а затем задницу, стонет в мой рот.

— Просто скажи, и я остановлюсь, — бормочет парень мне в ухо, посасывая мою мочку.

— Нет…

— Нет? — переспрашивает Майлз, улыбаясь против моей кожи. — Не думаю, что ты имеешь это в виду.

— Нет, — смеясь, отвечаю я. — Я о том, что не собираюсь ничего говорить.

— Кроме, возможно, «да», — произносит он. Я приглушаю смешок, но он быстро превращается в стон, когда его рука скользит вверх по моим ногам под платьем и касается киски.

— О, черт. Сделай это снова, — шепчет Майлз. — Издай этот звук для меня. Позволь мне услышать, как сильно ты этого хочешь.

Я задыхаюсь, когда он ласкает меня там, потирая рукой вверх и вниз по моим трусикам.

Они быстро промокают, и я чувствую, что много времени мне не понадобится. Я лишь раз делала это сама, будет удивительно, если он первым из всех мужчин прикоснется ко мне.

— Нравится, когда я прикасаюсь к тебе здесь? — шепчет Майлз, двигая пальцем по кругу. — Я мог бы делать это весь день и всю ночь.

Когда он отнимает руку, я шепчу:

— Не останавливайся.

Майлз улыбается, а затем наклоняется, чтобы поцеловать меня в грудь.

— Я не остановлюсь... если ты скажешь мне правду.