Обычно мы с Румми разговаривали друг с другом, объясняя каждую деталь нашей жизни с момента последнего разговора.

Но в этот раз мы шли молча.

Руки я засунула в черную куртку, ботинки похрустывали по грязи и камням, пока мы слушали звуки окружающей жизни: постоянный стук единственного в Мидгрейве сварочного аппарата по металлу вдалеке, плач кричащего ребенка, веселые голоса из полуразрушенной, но все еще работающей пекарни.

И, конечно, полупьяные фейри, которые становились все громче и громче с каждым стаканом золотистого эля, выпитого в таверне.

Именно туда мы с Румми и направлялись — в местный кабак.

Как и в большинстве других заведений Мидгрейва, здесь больше не было двери. Просто отверстие в сером камне, в которое мы быстро проскочили и были встречены обычным весельем других фейри внутри.

— Вот вы где! — крикнула барменша София, как только мы прошли к нашему обычному столику у заднего входа. Перекинув через плечо салфетку, она поставила два эля мужчинам за стойкой, быстро сверкнула идеальной улыбкой и направилась в нашу сторону. — Я уже начала думать, что вы обе забыли обо мне."

"— Пожалуйста, — насмешливо произнесла Румми. — Если мы когда-нибудь забудем о тебе, это будет означать, что весь Мидгрейв рассыпался, и ты сможешь найти наши кости среди пепла.

София закатила глаза и быстро занялась тем, что налила нам эль. Румми устроилась напротив меня, сняв черную кожаную куртку и опершись локтями на маленький деревянный столик.

— Первый раунд за мной, — сказала она, ставя перед нами большие кружки. Ее яркий взгляд задержался на мне. — Выглядишь так, будто тебе это нужно.

Я ничего не сказала, подняла кружку и сделала два больших глотка. Я чувствовала на себе их взгляды, но мне было все равно. Они оба видели меня в гораздо, гораздо худшем состоянии. Несколько синяков и больная спина — ничто.

Я с грохотом поставила кружку обратно на стол. — Мне уже лучше, — сказала я, подмигнув.

София стянула салфетку с плеча, покрутилась на месте, и ее ледяные волосы увязались за ней, когда она вернулась к работе.

Румми, однако, еще секунду смотрела на меня. Мой сарказм не произвел на нее должного эффекта. Она слишком хорошо меня знала. — Что с тобой происходит? — спросила она. Ее ярко-зеленые глаза изучали мое лицо, проникая в самую душу. — Неужели наказание Лорда было таким страшным?

Я постучала ногой по столу. Я была в восторге от того, что Лорд хотел отправить меня в Золотой город, и еще больше от того, что он доверял мне выполнить любое задание.

Но бросить Румми?

У нее больше никого не было. Как и большинство фейри, живших в Мидгрейве до того, как он превратился в… ну, в эту разваливающуюся, жалкую отмазку для дома, ее родители были убиты вампирами много лет назад во время последнего крупного нападения.