Я просовываю руку под ее фирменный пиджак, обхватывая ее правую грудь.

Рен замирает, ее дыхание прерывистое, грудь поднимается и опускается. Я не отпускаю ее.

Как будто я не могу.

“Ч-что ты хочешь от меня?” Ее голос дрожит. Все ее тело дрожит.

И это все моя вина.

”Что ты об этом думаешь?"" Мой тон мрачен. Наводящий. Судя по тому, как я прикасаюсь к ней, она может это понять.

Хотя это не то, чего я хочу.

Не прямо сейчас.

“Крю!”

Я оглядываюсь через плечо и вижу приближающегося Эзру, его брови вопросительно приподняты. Я качаю головой, свирепо глядя на него, и он понимает намек, поворачивается и направляется обратно к тому месту, где стоит Малкольм.

Достаточно далеко от нас, чтобы они не могли услышать.

Но они могут наблюдать.

“Отпусти меня, Крю. Пожалуйста, ” умоляет Рен, ее голос полон муки. Я вижу, как это написано на ее хорошеньком личике, когда оно почти корчится от боли.

Страха.

“Боюсь, мне придется следить за тобой, Птичка, после того, что ты только что видела”.

“Я ничего не скажу”, - таков ее немедленный ответ.

“Лучше не надо. Мы не можем позволить себе попасть в беду в конце игры.

Здесь нулевая терпимость, детка.” Я нежно сжимаю ее грудь, и у нее вырывается всхлип. ""Даже с Ланкастерами. Если узнают, что я курю косяк в кампусе, я ухожу”. Рен остается спокойной, ее тело сотрясает дрожь. “Сейчас в твоих руках очень много власти”. Я наклоняю голову ближе к ее уху, мои губы практически касаются ее кожи. “Ты можешь погубить меня”.

Она качает головой, ее шелковистые волосы касаются моего лица. “Я... я не разрушу тебя. Или твоих друзей. Я даже толком не видела, что ты делал.”

“Врушка”. Я опускаю вторую руку так, что она обхватывает ее бедра, прямо через перед ее юбки.

Мне ничего не стоило просунуть пальцы под нее и прикоснуться к ней. “Ты видела нас”.

“Ты курил... что—то”.

Давай, блядь, давай. Она должна была точно знать, что мы курим. “Тебе придется забыть то, что ты видела”.

“О-хорошо”.

“Ты должна пообещать, Птичка”. Моя рука скользит вниз, играя с подолом ее юбки.

Рен хнычет. ”Пожалуйста, не делай мне больно"".

О Господи. Она думает, что я хочу причинить ей боль? Посреди кампуса во время ланча? “Я не собираюсь делать с тобой ничего такого, чего ты не хочешь”.

Я позволяю своим губам пощекотать мочку ее уха, заставляя ее дрожать. “Я довольно убедителен, когда хочу быть убедительным”.

“Ты отвратителен”, - выплевывает она.

“Ты хочешь сказать, что если я прямо сейчас залезу тебе под трусики, ты не будешь мокрой для меня?” Я в это не верю. Может, она и боится меня, но в то же время возбуждена. Клянусь, я чувствую ее запах. Острый и ароматный.

Опьяняющий.

Низкий, разочарованный стон покидает ее. “Прекрати говорить такие вещи”.