Девушкой легко манипулировать, и она слишком мила. Такая чертовски милая, что у тебя болят зубы каждый раз, когда ты с ней разговариваешь.

Она просто такая милая.

Рен должна знать, что я говорю все это дерьмо, чтобы вывести ее из себя, и это так просто. Ее птичьи перья слишком быстро взъерошиваются. Это почти забавно - расстраивать ее.

Безобидная забава.

“Могу я перекинуться с тобой парой слов на минутку?” - спрашивает меня Фигероа дружелюбным тоном. Хотя я чувствую темное скрытое течение за его словами.

Он недоволен.

Предполагаю, что он недоволен мной. Что, черт возьми, я сейчас натворил? О, я знаю, я родился. С этой предполагаемой серебряной ложкой во рту. Он ненавидит всех нас, богатых детей, что чертовски забавно, учитывая, что он работает в одной из самых эксклюзивных частных школ во всей стране.

Но он относится к сломленным, испорченным маленьким богатым девочкам с комплексами папочки. Он съедает их нашими выброшенными серебряными ложками, а затем выплевывает, когда с ними покончено. Переходит к следующей, а за ней и к следующей. Как чертова акула, плавающая в море, машина для убийства и поедания.

Фигероа больше похож на машину для ухода и ебли в коридорах Ланкастерской подготовительной школы, больной мудак.

“Что случилось?” Я указываю на него подбородком, мне уже скучно.

“Давай поговорим в более уединенном месте? Это займет всего минуту.”

Я следую за ним, пока мы не оказываемся снаружи, стоя перед главным входом в школу. В начале обеда здесь не так много людей, так что это, вероятно, самое уединенное место, которое он мог найти.

“О чем вы хотели поговорить?” Я спрашиваю его, когда этот долбаеб все еще ничего не сказал. Он слишком занят, оглядываясь по сторонам, как будто боится, что кто-то выскочит из кустов.

“Рен Бомонт”, - говорит он, поворачиваясь ко мне лицом. “Оставь ее в покое”.

Его тон угрожающий, взгляд жесткий.

Какого хрена на самом деле? Этот парень сейчас настоящий? “О чем вы говорите?”

“Перестань огорчать ее в классе. Ей это не нравится. И поскольку она застряла с тобой из-за проекта по психологии, она не в восторге от этого”, - объясняет Фигероа. “Вообще”.

“Это она вам сказала?” Я поражен. Она действительно пошла к этому парню, доверилась ему и сказала ему, как сильно она ненавидит работать со мной?

Это какое-то хреновое дерьмо.

“Да, она это сделала. Вчера. Она плакала. Расстроенная тем, что она не смогла отказаться от роли твоего партнера в этом проекте.” Его губы сжимаются в тонкую, твердую линию. “Я изо всех сил старался утешить ее, но она не переставала плакать”.

“Держу пари, вы пытались утешить ее”, - парирую я. Этот парень.

Мы все знаем, что последние несколько месяцев он тайно трахал Мэгги.

Франклин бросил ее задницу, когда узнал об этом.