— Ты просто… — продолжая сжимать руки в кулаки, я была очень близка к тому, чтобы действительно бросить что-то в него. — Ух.

Руки Аарона опустились в карманы брюк, когда он посмотрел на меня, выглядя совершенно … красивым и стильным в этом чертовом смокинге.

Должно быть, что-то выплеснулось мне на лицо, потому что, то, как он посмотрел на меня, изменилось.

— Это благотворительный вечер. Сбор средств, который проводится каждый год, — пояснил он.

Мои губы приоткрылись от этой важной информации.

— Нам придется ехать на Манхэттен-Парк Авеню.

Нет, нет, нет, нет. Это звучало роскошно.

— Там будет дресс-код, так что тебе нужно будет принарядиться. Официальное вечернее платье, — его взгляд с сомнением прошелся вверх и вниз по моему телу, наконец остановившись на моем лице. — Как я и сказал."

"— Аарон, — процедила я сквозь зубы. — Mierda. Joder (Дерьмо. Черт), — испанские ругательства слетели с моего языка. — Сбор средств? Благотворительный вечер? Это же… высший класс, — я покачала головой, мои волосы почти выбились из пучка. — Нет, это звучит, как будто я подтираю задницу долларовыми купюрами. И нет, я не хочу осуждать, но, Господи, — поднеся руки к голове, я начала мерить шагами мое кухонное пространство.

— Немного предупредить было бы неплохо. Ты мог бы сказать мне вчера, понимаешь? Я бы пошла за покупками сегодня утром, Аарон. Я бы подготовила, ну не знаю, несколько вариантов для тебя на выбор. Я понятия не имею, что мне теперь делать. У меня есть пара вечерних платьев, но они… не те.

Было уже больше шести вечера, и…

— Ты бы все это сделала? — его губы на мгновение приоткрылись, придавая ему растерянный вид, который я не привыкла видеть в нем.

Затем его челюсть вернулась в прежнее положение. — Для меня?

Я перестала расхаживать.

— Да, — я скрестила руки на груди. Почему он был так потрясен?

— Конечно, я бы так и сделала, — изучая его лицо, я заметила, как странно он смотрит на меня. — Во-первых, мне бы не хотелось появиться на твоем «благотворительном вечере», выглядя как клоун. Хочешь верь, хочешь нет, но у меня действительно есть некоторое чувство собственного достоинства и способность смущаться.

Глаза Аарона продолжали сиять тем качеством, которое заставляло меня нервничать.

— А во-вторых, я бы не хотела, чтобы ты мстил и надевал Бог знает, что на свадьбу моей сестры, просто назло мне. Или, например, отказался бы от меня за какое-то нарушение этикета особенно, когда я рассчитываю, что ты поедешь со мной в Испанию. Я… — я замолчала, потеряв дар речи. — Ты мне вроде как нужен, понимаешь?

Эта последняя часть каким-то образом материализовалась у меня на языке. Я не осознавала, что это вырвалось у меня изо рта, пока не стало слишком поздно, и я не могла забрать ее обратно.