Он натянул на нас легкое одеяло и напевал с глубоким, страстным удовлетворением.

Ага, подумала я. Тоже самое.

— Видишь? — сказал он мне в волосы. — Даже минута не прошла.

Я вздохнула ему в грудь.

— Я жалкая, понятно? — я призналась, не стыдясь. — И я говорю не о том, что просто нуждаюсь в объятиях. Я нуждающаяся обезьянка-паук, — я высказала свою точку зрения, закинув ногу на его ногу и положив руку ему на грудь, переплетая наши тела так, что, как я догадывалась, это было далеко не мило.

Каким-то образом, даже уткнувшись лицом в его шею, я знала, что он улыбается. Затем в его груди заурчало, подтверждая, что он делал это не просто так.

— Ты смеешься над моим несчастьем?

— Я бы не посмел. Просто наслаждаюсь тем, что ты такая жадная со мной, обезьянка-паук, — его ладонь скользнула вниз по моей спине, остановившись на ягодицах. Он сжал ее. — Но если ты не будешь хорошо себя вести, нам никогда не удастся заснуть сегодня ночью. И как бы это ни было ужасно, у меня был только этот презерватив.

Моя хватка на нем немного ослабла: —Ты… ожидал, что это произойдет? – спросила я, думая о том, как он положил презерватив в свой багаж.

Порыв предвкушения поднялся у меня под кожей.

— Нет, — тихо ответил он. Его пальцы пробираются вверх по моей спине. — Но я не собираюсь лгать тебе; большая часть меня надеялась, что так и будет, и, возможно, именно поэтому я оставил его внутри. Он все равно пролежал там целую вечность, так что я подумал, что это не повредит.

— Я рада, что ты это сделал, — честно сказала я ему, и его рука остановилась на моем затылке. Его пальцы скользнули внутрь, запутавшись в моих волосах. — Очень жаль, что ты не подумал добавить еще.

Звук, вырвавшийся из горла Аарона, дал мне жизнь.

— О, да?

Вместо ответа на то, что, как я надеялась, было риторическим вопросом — потому что как я могла не оплакивать потерю такого умопомрачительного секса, как этот? — в моей голове возник другой вопрос.

— Могу я спросить тебя кое о чем? — рискнула я, откидываясь назад, чтобы посмотреть ему в лицо.

Голова Аарона тоже откинулась назад, встретившись со мной взглядом.

— Ты можешь спрашивать меня о чем угодно.

— Как, черт возьми, ты так хорошо говоришь по-испански?

Его губы застенчиво приподнялись.

— Серьезно, — продолжила я, допытываясь у него ответа.

— Я понятия не имела, что ты хоть слово скажешь по-испански. Ты никогда не говорил мне, что у тебя это так хорошо получается, — я видела, как его глаза заискрились от комплимента. Мне понравилось это. Так же сильно, как мне нравилось заставлять его улыбаться. — Подумать только, что ты, мог понять все имена, которыми я тебя называла.

Он вздохнул, его щеки слегка порозовели.

— Я действительно не знал его.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты сказала, что все должно было пройти абсолютно идеально.