Его собственнические притязания только раздувают неконтролируемое пламя внутри меня, первобытное желание принадлежать ему полностью.

— Кричи для меня, Малышка, — командует он. Мир взрывается в порыве удовольствия, и я выкрикиваю его имя, когда волны экстаза захлестывают меня.

Вскоре после этого со стоном следует собственное освобождение Дерека, и он нависает надо мной, пока мы вместе переживаем оргазм. Его глаза горят в моих, когда он наблюдает за каждой секундой моего оргазма на моем лице.

Через мгновение он снова хихикает.

— Нам действительно нужно что-то сделать с этими блуждающими руками, — говорит он, его голос полон юмора.

Я поднимаю бровь и провожу руками по коже его спины.

— Я бы не предлагала отрезать их, иначе я не смогу этого сделать.

Я вонзаю ногти ему в спину, и он громко стонет, снова входя в меня. Я не должна искушать его, так как знаю, что он может просто продолжать, пока я не потеряю сознание. В конце концов, он делал это раньше.

— О-о-о, ты уже знаешь его язык любви, как мило, — раздается голос Тристана из-за спины Дерека, когда он неторопливо входит, чтобы присесть на стол рядом с нашими потными и измученными телами.

Дерек медленно отстраняется от меня, поправляет свою одежду, прежде чем помочь мне сесть на стол. Думаю, у нас не повторится то, что было в прошлый раз.

Странное воспоминание поражает меня, на этот раз скорее знание, чем визуальное воспоминание.

— Теперь я вспоминаю, что не могла произносить ваши имена, когда была маленькой, поэтому начала называть вас Тру и Дэр, — вспоминаю я с улыбкой.

Они оба мягко улыбаются мне, и Дерек подходит, чтобы прислониться к столу с другой стороны от меня.

Он проводит ладонью по моей руке почти успокаивающим жестом.

— Что ты помнишь?

Я качаю головой в ответ, вздрагивая:

— До того дня ничего, но несколько воспоминаний вернулись с тех пор, как ты подарил мне это. — Моя рука поднимается, чтобы ненадолго коснуться кулона, висящего между моих грудей. — Доктор сказал, что это диссоциативная амнезия.

Дерек проводит большим пальцем по моей щеке и глубоко хмурится, его взгляд полон беспокойства.

— Нам придется сесть и поговорить об этом, когда все это уладится и мы сможем просто быть самими собой вместе.

Я киваю в ответ, а затем пытаюсь пригладить волосы рукой, но на данный момент это безнадежное дело.

— Что теперь?

Они смотрят друг на друга, прежде чем Дерек поворачивается ко мне.

— У нас есть еще несколько свободных концов, которые нужно связать, это все, что тебе нужно знать на данный момент.

— Неужели? Еще больше загадочных ответов? — Я хмурюсь, мне следовало бы привыкнуть к этому, но это все равно не уменьшает раздражения."

"Они оба хихикают, и именно в этот момент тот факт, что они братья, становится более очевидным.