Грета сидела, скрестив ноги, на кушетке, которую кто-то убрал в тень, подальше от сияния бассейна, и смотрела на ночное небо. Несколько мгновений я просто наблюдал за ней: как лунный свет освещает ее кожу, какой довольной она выглядит скрытая в темноте и в полном одиночестве. Мое сердце забилось быстрее, а тело обдало жаром. Черт.

Что. Что. Я. делаю?

Этот вопрос постоянно повторялся в моей голове.

Я медленно подошел к ней, делая шаги так, чтобы она не испугалась. Она заглянула через плечо, и я ждал, что она напряжется, но этого не случилось. Вместо этого она похлопала по месту рядом с собой.

— Ты можещь присесть, если хочешь.

Я опустился на шезлонг. Он был слишком низким для моих длинных ног, но я хотел быть ближе к Грете.

— Почему ты здесь одна в темноте?"

"У меня было чувство, что она была бы здесь, даже если бы не я.

— Хотела немного тишины, — сказала она, прежде чем показать на растянувшегося у ее ног зверя, который смотрел на меня жуткими янтарными глазами. — И я не одна, — она вытянула одну ногу и начала проводить пальцами по боку собаки. Меня заворожили ее изящные маленькие ступни, то, как она держала их, словно собиралась станцевать какое-то сложное балетное движение, ее ногти на ногах, которые не были накрашены. Я никогда не встречал девушку, которая не красит ногти, и все же Грете это удавалось. С довольным ворчанием пес перевернулся на спину, подставляя ей свой уязвимый живот и горло, чтобы она могла погладить и их. Улыбка растянула рот Греты, когда она провела пальцами ног по голым внутренним поверхностям бедер собаки. Это был мальчик, неудивительно, что он жаждал, чтобы Грета его погладила.

— У нас мало времени, — пробормотал я. Напоминая ей и себе, потому что, находясь рядом с ней, легко забыть, что мы не одни в этом мире.

— Лучше, если нас никто не поймает.

Я не мог понять ее. Она говорила почти с тоской.

— Почему ты сказала, что хочешь поцеловать меня? — я задал вопрос, который преследовал меня со вчерашнего дня.

Грета наклонила голову в сторону, несколько секунд молча наблюдая за мной.

— Потому что мне нравится твое лицо.

Я чуть не подавился от смеха.

— Только мое лицо?

Ее темные глаза изучали каждый сантиметр моего тела, медленно, тщательно, как будто она действительно хотела принять решение. Эта девушка была не от мира сего.

— Мне нравится и твое тело.

Я позволил своим глазам блуждать по ее телу так, как никогда раньше не осмеливался. Согласно моей репутации, я был дерзким и буйным, но до сих пор я не был настолько самоубийственным, чтобы раздевать Грету Фальконе, находясь на территории Каморры.

— Мне нравится твое лицо и тело.

Рот Греты превратился в маленькую улыбку, но она смутилась, когда я осмотрел наше окружение.

— Просто проверяю, есть ли риск получить нож в спину.