Зазвонил телефон.

Оболенский взглянул на Москвитина.

Тот приказал:

– Пододвинь аппарат ко мне и включи громкоговорящую связь!

Руководитель спецслужбы выполнил требование бывшего подчиненного. Он не видел ладоней майора, а соответственно, приведенных к бою мощных оборонительных гранат в них. Он еще питал надежду, как и Остапов с Большаковым, на то, что Москвитин примет и их предложение, и условие куратора ФСБ. Сейчас предатели думали об одном: вырваться живыми из грозящего стать общим склепом проклятого кабинета дачи Оболенского.

Андрей же ответил так, как он это делал не раз, находясь на боевом выходе:

– Москит на связи!

– Генерал Потапов! Я слушаю твое решение, майор!

– Ну, слушайте, Николай Викторович. По закону высшей справедливости, Оболенский, Остапов и Большаков за измену Родине приговариваются к смертной казни! Приговор окончательный, обжалованию не подлежит, приводится в исполнение немедленно!

Услышав слова майора, оборотни с истерическим воплем сорвались с мест. Оболенский кинулся к окну, словно забыв, что в его особняке все они забраны крепкими решетками. Остапов –  к дивану, надеясь найти защиту там, Большаков под стол. Бывший руководитель спецслужбы успел выкрикнуть, чтобы его через микрофон работающего в режиме громкоговорящей связи телефона услышал Куратор:

– Потапов, штурмуй дом!

И сжался комком в углу комнаты.

Андрей, поднявшись, бросил гранаты в разные стороны, сам же юркнул за оружейный сейф.

Через секунду два мощных взрыва, практически слившись в один, потрясли особняк.

Стоявший на площадке перед зданием Потапов невольно пригнулся, когда из окон кабинета мелкими осколками стекла, срывая решетки, пробилась взрывная волна. Пригнулись и бойцы спецназа, так и не начавшие штурм. Затем все стихло. Генерал подозвал к себе двух офицеров, что-то приказал им, и они рванулись в здание. Из черных проемов второго этажа валил дым. Но и он быстро рассеялся."

"Потапов снял фуражку, вытер платком вспотевшее лицо, приказал стоявшему рядом майору, командиру штурмовой группы ФСБ:

– Давай людей внутрь, Сережа! Там должны быть супруга Оболенского и несколько человек охраны. Выведи их.