А мисс Тревик знает, где ее отец?

— Нет. Она в таком же недоумении, как и я. Я же приехал сюда, если говорить откровенно, затем, чтобы расспросить Анака, который уверяет, что в день убийства видел сэра Ганнибала.

— Я приехала сюда за тем же, — откровенно объявила Энн. — Я хотела бы помочь сэру Ганнибалу выбраться из этих трудностей.

— Почему, мисс Стреттон? — серьезно спросил Освальд.

— Расскажу об этом чуть позже. Скоро начнет темнеть, и я попрошу вас проводить меня назад в Санкт-Эвалдс.

— Я оставил коляску у карьера, — быстро сказал молодой человек. — Буду рад подвезти вас. Но я-то думал, что вы остановились у миссис Пенриф.

— Мне пришлось оттуда съехать, так как я поссорилась с господином Пенрифом, — ответила Энн.

— Но я полагал, что вы помолвлены…

— Нет. Дело уже шло к помолвке, но определенные причины…

— Связанные, я полагаю, с сэром Ганнибалом Тревиком?

Девушка отвернулась, оставив вопрос без ответа.

— Может, и так, — тихо сказала она. — Но посмотрите, мистер Форд, Анак приходит в себя.

— Спасибо вам, молодой человек, что хоть не убили его, — зло сказала миссис Карни.

Ее сын сел, в недоумении прижал руку к голове и тяжело закряхтел. Покачав головой, словно пытаясь понять, что же с ним произошло, он с трудом поднялся на ноги. Они с матерью были похожи на Калибана и Сикораксу[8] — было видно, что они очень любят друг друга. Единственное, чего он никак не мог понять, так это почему мать и сын Карни, бедняки, жившие чуть ли не в звериной берлоге, так грамотно говорили. Они с Энн молча наблюдали за этими необычными людьми.

— Все в порядке, мама, все в порядке, — пробормотал Анак, пошатываясь. — Только в голове немного шумит. Ничего, я скоро приду в себя…

— Заходи домой, дорогой, — позвала его старуха. — Я дам тебе лечебной травки, чтобы прошла голова. Через несколько часов ты будешь совершенно здоров.

— Подожди немного, — сказал Хью вслед матери, которая уже скрылась в хижине. Вместо того чтобы последовать за ней, он повернулся к своему противнику.

Форд, решив было, что каменотес собирается вновь напасть, напрягся, но намерения Анака оказались весьма доброжелательны. Натянуто улыбнувшись, он протянул юристу руку.

— Уложили-таки меня, молодой господин, — проворчал он. — Вот уж не думал, что доживу до того дня, когда кто-то сможет сбить меня наземь, словно кеглю.

— Это особые приемы, — усмехнулся Освальд и пожал руку гиганта.

— Странный способ драться, — озадаченно заметил Анак. — Вы почти не прилагали сил, а на земле все же оказался я. Ну что ж, раз вы меня побили, будем друзьями!"

"— Что?! — взвизгнула миссис Карни, высунувшись в дверной проем.