— Если честно, то в нашу бытность в Южной Африке он обошелся со мной очень плохо. Тем не менее он был хорошим арендатором, и его смерть, — тут он снова покосился на гувернантку, — очень плохо отразится на моем финансовом положении.

— Да уж не сомневаюсь, — кротко пробормотала Софи.

Однако сэр Ганнибал не выглядел довольным.

— Видите, что это за место? — указал он кнутом на живописную серую массу Гранджа. — Больше я таких денег за этот дом никогда не получу. Боуринг был идеальным арендатором.

— Почему? — быстро спросила мисс Уорри.

— Потому что ему очень понравился этот дом, — резко сказал владелец особняка. — Я как раз собирался сказать об этом, когда вы меня перебили…

— Извините, сэр Ганнибал."

"— Так вот, я как раз хотел сказать, что никто не станет платить такие же деньги за аренду, и к тому же так аккуратно. Смерть господина Боуринга большой, очень большой удар для меня, мисс Уорри. Дерика, ты согласна со мной?

— Конечно, — ответила его дочь, удивленная тем, как многословно ее отец взялся объяснять то, что и так всем было известно. — Однако, думаю, Морган может остаться тут, а миссис Крент, их экономка, будет за ним ухаживать.

— Мне не нравится миссис Крент, — нахмурившись, проговорил баронет. — Она интриганка и очень навязчивая женщина. Боуринг привез ее из Африки. Боюсь, она попробует женить Моргана на своей дочери Дженни.

— Если так, то мне очень жаль Дженни, — спокойно ответила мисс Тревик. — Она слишком красивая девушка, которая погубит свою жизнь, если свяжется с этим безумным чурбаном.

— Морган богат, — объявил сэр Ганнибал, когда их экипаж проехал по аллее к дому. — А у Дженни за душой нет ни гроша. Для нее это был бы замечательный выход из положения.

— Нет, это был бы грех! — воскликнула Дерика.

Ее отец пожал плечами:

— Не понимаю, что так возмущает тебя, моя дорогая. Морган болезненный человек и долго не проживет. Его вдова сможет заключить второй выгодный брак. Я почти жалею, что ты отказалась от этого союза, — с улыбкой произнес он. — Потом, когда Моргана похоронили бы рядом с отцом, ты могла бы в старости поддержать своего отца и возродить былые традиции Тревика.

Когда старый аристократ произнес эту речь, Софи подняла на него взгляд:

— Нельзя так шутить с такими серьезными вещами, как брак, сэр Ганнибал.

— Я же сказал, «почти жалею», — рассмеялся баронет, но прозвучало это как-то фальшиво.

Сама же Дерика от возмущения не находила слов для ответа.

— Я лучше умру! — воскликнула она, наконец, когда экипаж остановился перед крыльцом особняка. — Морган — опасный сумасшедший!

— Нет! Нет! — запротестовал сэр Тревик. — Он совершенно безобидный. Господин Боуринг заверил меня…

— Господин Боуринг лишь пытался подсластить пилюлю, — парировала его дочь.