Когда я вернулась, этот любезный джентльмен заявил, что я должна солгать вам, будто видела сэра Тревика на холме, и потребовать деньги за молчание, или он выдаст своего соперника полиции!

— Это правда? — спросил Освальд, обернувшись к хозяину дома.

— Да, — неохотно признался Пенриф. — Видите ли, я в трудном положении. Я хочу денег, и мне нужна Энн. Я мог получить и то и другое, да еще и избавиться от соперника, если бы смог убедить следствие, что тот был на холме в момент убийства.

— Значит, это неправда? — продолжал допытываться юрист.

— Это такая же ложь, — ледяным голосом подвела итог Энн Стреттон, — как то, что я взяла бы деньги за молчание о том, чего никогда не было.

— Значит, то, что вы сейчас рассказали Анаку, — правда? — с облегчением спросил Форд.

— Чистая правда. Все было точно так, как я только что рассказала, и господин Пенриф подтвердил мою историю, но лишь для того, чтобы спасти свою собственную шкуру. Ни он, ни я не видели сэра Тревика. Ральф заставил меня солгать, угрожая, что выдаст сэра Ганнибала. А на самом деле ему были нужны лишь деньги.

Форд посмотрел на Ральфа, который все еще крутил ус — злой, униженный и безмолвный. Он предложил руку мисс Стреттон.

— Позвольте вас проводить, — сказал он церемонно.

Глава XXII Красный череп"

"Следует помнить, что коляска, воспользоваться которой Освальд предложил девушке, в действительности принадлежала госпоже Крент. Но особняк в Грандже сгорел, и кучер за небольшую сумму был не против вернуться в Санкт-Эвалдс. По идее, он должен был получить новые распоряжения от экономки, но оказался деморализован так же, как остальная прислуга сгоревшего дома, и сидел под дождем в коляске у ворот, пока из темноты не вынырнул Форд в сопровождении мисс Стретгон.

Договорившись о возвращении в Санкт-Эвалдс, юрист помог Энн забраться в коляску, а потом крикнул кучеру:

— Подождите немного… Мисс Стреттон, вы сами доберетесь?

— Я знаю этого кучера и не боюсь, что в дороге со мной что-то случится, — кивнула она. — Но почему вы не хотите поехать со мной?

— На то есть причина, — прошептал адвокат ей на ухо. — Помните, ваш друг угрожал сэру Тревику? Уверен, шахту обыщут завтра же. Поэтому я должен навестить сэра Ганнибала и помочь ему спрятаться до наступления утра.

— Да-да! Это мудрое решение. Но тогда я могла бы пойти вместе с вами…

— Вы должны подумать о себе. Возвращайтесь в Санкт-Эвалдс. Утром я тоже вернусь и непременно встречусь с вами. А тем временем вы сможете рассказать обо всем случившемся мисс Тревик.

— Утром я непременно зайду к ней, — пообещала художница и вдруг замолчала, а потом прошептала едва слышно: — Отведите сэра Ганнибала в Трегейгл, что у моря. Там тоже есть шахты и пещеры. Он знает, где они находятся.