Демон, ревущий от боли, направился, пошатываясь в сторону прибоя. Зеленая волна поднялась и обрушилась на них. В какой-то момент их обоих поглотила ледяная морская вода. Шок от удара волны ослабил хватку Констанс и оторвал ее от демона. Не умея плавать, она лихорадочно извивалась в пенящемся прибое, пока не почувствовала под своими ногами засасывающий песок. Тогда она осознала, что ее вынесло на пляж ослабевшей волной. Она ухватилась за песок и изо всех сил попыталась подняться, чтобы ее снова не утянуло в открытое море. В тот же миг она почувствовала, как песок ускользает из-под нее… но тут крепкие руки подхватили ее и поставили на ноги. Она увидела Пендергаста, смотревшего на нее и, видит Бог, он выглядел просто ужасно. Ужас отпечатался и в его глазах, и ей потребовалось мгновение, чтобы понять почему: погрузившись в пучину страха, она не сразу поняла, что все еще зажимает зубами второй кусок откушенной плоти демона.

Тем временем Моракс изо всех сил пытался выбраться из прибрежных волн, направляясь к ним. Покуда он медленно приближался к своим врагам, его лицо все сильнее искажалось болью и яростью. Пендергаст бросился между демоном и Констанс, и тварь снова сошлась с ним в зверской схватке, противники стали единым целым с треском ломающихся костей. С огромным усилием Пендергаст оттолкнул демона обратно в бушующий прибой, и в следующий миг они оба оказались погребены под гигантской волной.

Кипящая белая вода сбила Констанс с ног, она уцепилась за песок, чтобы не попасть обратно в открытое море, и на этот раз ей удалось удержаться на месте, пока волна не отступила. Почувствовав себя в безопасности, в затишье между волнами она поползла по пляжу.

Солнце взорвалось над горизонтом кровавым светом, бросая лучи на лицо Констанс Грин. Она неистово замигала. Все, что она могла видеть — это огромные малиновые волны, поднимающиеся одна за другой и с грохотом падающие вниз, чтобы подняться снова. А еще там, в волнах, она увидела демона. Он внезапно прекратил борьбу и с изумлением уставился на солнце, на его лице появилась искривленная улыбка, одна рука вытянулась, словно в попытке коснуться солнца, а указательный палец другой коснулся воды вокруг него, переменившей цвет из-за бегущей артериальной крови.

Но где же Пендергаст?

Где Пендергаст?

Констанс поднялась, истошно закричав:

— Алоизий! Алоизий!"

"Она напрягала зрение, вглядываясь в ослепительно оранжевую поверхность моря, а затем она увидела его, его бледное лицо показалось над водой и почти сразу же исчезло. Его руки едва двигались.

— Алоизий!

Она сделала несколько шагов в воду. Пендергаст отчаянно боролся, пытаясь плыть, но был явно слишком слаб и тяжело ранен, и сил его не хватало, чтобы преодолеть течение, быстро уносившее его прочь от берега.