Правда, зайти к ней не разрешают, так как Вася все еще находится без сознания, слишком слаба из-за потери крови.

— Ты до дома прямо и следил? — уточняю я у Назара, пока мы ждем в коридоре.

— Да, чуть было не упустил их, но потом вовремя смекнул, куда они едут. Ну и ворвался я туда вовремя, только этот козел лягнул меня прытко, не ожидал от него, и умотал.

— Черт! — в сердцах пинаю железную скамейку. — Этот козел любому бойцу моемц фору даст.

Рассказываю Назару, что за фрукт этот Аркадий Огнев.

— Так я тоже работал в органах, но в другом городе. Теперь понятно, — протягивает он. — Знал бы, взял бы с собой баллончик перцовый. Ладно хоть Василису успели откачать, хорошая девчонка. И сестра у нее хорошая.

Эти слова вызывают у меня небольшую ревность. Не такую, как тогда, когда я увидел Полину и Назару в кофейне, но все же…

— Э, не, друг, ты не газуй так, я на твою женщину не претендую, — улыбается Назар понимающе, заметив мой недобрый взгляд, и тычет меня кулаком в плечо. — Мне другая нравится, подруга ее, Ульяна.

Правда, на имени этой самой Ульяны он вновь мрачнеет. Я не успеваю спросить у него, почему он так реагирует, как дверь палаты открывается и выходит доктор.

— Все хорошо, жизни пациентки ничего не угрожает. Наложили повторно шов, пока нужно соблюдать постельный режим в нашей больнице.

Дальше он дает стандартные рекомендации, но я не успеваю его дослушать, как меня перебивает взволнованный оклик Полины:

— Осман, что случилось? Что с Васей?

— Кто тебе сказал? Ты как тут оказалась? Почему не с дочерью?

— Пробила у твоих ребят. Они все не хотели говорить, ссылались на какой-то негласный приказ, — гневно сверкает глазами Огонёк. — Но у них не было выбора. Привезли меня сюда. Карина с Людмилой Захаровной, не переживай. Что с моей сестрой?

— Все хорошо, Поль. — Назар ободряюще ей подмигивает.

— Да, — подтверждаю его слова и добавляю: — Благодаря этому человеку Васе вовремя оказали нужную помощь.

Полина выдыхает и порывисто обнимает Назара.

Спокойно, Ипполит, спокойно.

Это обычное проявление благодарности, и Поля у меня всегда была очень открытой по отношению к людям. И очень эмоциональной…

— Ну хорош, Поль, пожалей мужика своего, — смеется добродушно Назар и кивает в мою сторону. — Он изо всех сил держится.

Отмахиваюсь, а Поля ойкает и отскакивает от своего друга. Притягиваю ее к себе, понимая, что сейчас не время и не место для проявления ревности. Да и ревновать ее не за чем, вижу, что этот Назар относится к ней… как к сестре, скорее.

Да-да, прямо как я с Ками возится, подшучивает, так что…

Выдыхаем и работаем дальше.

Но выдохнуть в этот день видно не судьба.

Оставляю Полину рядом с сестрой, а сам решаю ехать в офис. Ребята позвонили, сказали, что там организовали внезапный шмон.