— Почему нет?

— Всегда есть риск похищения или нанесения телесных повреждений.

— Неужели кто-то в здравом уме может похитить новую игрушку великого босса русской мафии? — с сарказмом спрашиваю я.

— Никто, но есть люди, не обладающие здравым умом, и мне следует соблюдать осторожность. Они невероятно пожалеют об этом, но ущерб будет нанесен. Ты моя собственность, поэтому я за тебя отвечаю.

Я поднимаю ладони вверх.

— Ладно, ты высказал свою точку зрения, но я не хочу, чтобы Ной отвозил меня. Могу я вызвать такси? Оно подвезет меня прямо к входной двери и подождет, и потом также отвезет обратно.

Он прищурившись смотрит на меня.

— В твоем агентстве есть мужчины?

— Мужчины? Нет, мужчин нет, за исключением мистера Хоторна, бухгалтера, который приходит по вторникам, но ему, как мне кажется, лет сто двадцать.

— Тогда почему ты не хочешь, чтобы Ной отвез тебя? Он чем-то расстроил тебя?

— Нет, — тут же отрицаю я, — конечно, нет. — Я вздыхаю. — Просто я никому не говорила на работе о нашей договоренности... и я не хочу подъехать к дверям на мерседесе.

Он одним глотком выпивает свой коктейль.

— Ной остановится на близлежащей улице и доведет тебя до дверей.

— Почему? Нет. Ной выглядит очень суровым.

— Он подождет, через дорогу, — надменно отвечает он.

Я снова вздыхаю.

— Хорошо. Но он не должен подходить ко мне.

— Я скажу.

— Хорошо. Спасибо. Я ценю это."

"Прибывает официантка, сопровождая нас до нашего столика, и мы следуем к круглому столу с белоснежной скатертью и, необыкновенно, просто пепельно-белыми тарелками, на которых отсутствуют монограмма ресторана и какие-либо рисунки. Мы садимся, нам наполняют бокалы шампанским, Зейн возобновляет разговор:

— Итак, чем же ты занимаешься в своем литературном агентстве?

Я тоже делаю глоток.

— Ну, моя работа прочитать огромную кучу рукописей, которые приходят по почте каждый день и попытаться отыскать талант, которое наше агентство хотело бы представить читателям.

— Ты читаешь много рукописей?

— Нет. К сожалению, существует мнение, что если человек способен написать одно предложение, он также способен написать книгу.

Он наклоняется вперед.

— Сколько ты отыскала талантов, пока работаешь в агентстве?

— Три, но двое из мной отобранных, не прошли, их забраковали другие девушки. Поэтому думаю, я нашла одну, но она была очень хороша. Фей, владелица агентства, выставила ее книгу на аукцион «Издателей Большой четверки» и получила £250,000 тут же, — я улыбаюсь. — И это только касается прав Великобритании, она получила такую же сумму для издания в Америке. Прикольно, да?

Он медленно кивает.

— Не плохо. И сколько рукописей тебе пришлось прочитать, чтобы найти этот самородок?

— Не знаю, иногда, нужно прочитать миллион.