Стелла, женщина, которая превращает появление паука у себя в спальни в грандиозное событие, с визгом выскакивая из комнаты в лучших традициях викторианской мелодрамы.

— Ага, — тихо говорит она.

— Возбуждаешься?

— Да.

Я качаю головой от удивления.

— И с каких пор?

— Ну, — она пожимает плечами, — все время. Я все время на него так реагирую, но конечно же я не в его лиги. Женщины, с которыми он встречается, как минимум обладают ростом в десять футов и совершенным телом. Я же всего лишь на его радаре видна в виде пары сильных рук.

Я смотрю на нее подозрительно.

— Ты специально все это выдумала, чтобы я согласилась?

Она отрицательно качает головой.

— Нет.

— Почему ты раньше не говорила мне об этом мужчине, что так страдаешь?

Она опускает глаза вниз.

— Ну, мне казалось, в этом не было никакого смысла. Я смирилась с этим. Правда это намного сильнее, чем думала, и скорее похоже на любовь, но я ничего не могу с этим поделать.

Внезапно я начинаю понимать, почему каждый раз, когда мы куда-то выходим, она словно замораживается рядом с другим мужчиной, которые имеет вполне серьезные намерения по отношению к ней.

— Ах, Стелла! — выдыхаю я. Я понятия не имела, что она так страдает.

Она смотрит на меня с грустью.

— На самом деле это не так важно. Это пройдет когда-нибудь, но сейчас мне просто нужна твоя помощь. Я не хочу подводить его или позволить ему уволить меня. Пока я не буду готова отпустить его, я хочу сохранить эти сеансы.

— Но…

Она останавливает меня за руку.

— Не говори ничего. Я знаю, что это глупо и полный бред, и не знаю, чего жду, но не могу его отпустить, пока по крайней мере, нет. Однажды я оставлю его, это я тоже знаю, но только не сейчас, хорошо?

— Хорошо.

У нее приподнимается один уголок рта.

— Так ты сделаешь ему массаж?

Теперь я разрываюсь между чувством ужасной жалости к ней, и чувством, что не хочу быть объектом ее манипуляций и делать массаж русскому.

— Я на самом деле очень хочу тебе помочь, Стелла, но не могу. Я не квалифицированный массажист. Я не знаю, что делать или как правильно говорить, и что его нравится, а что нет.

— Ты не должна говорить с ним. Он никогда ничего не говорит. Просто приходит, ложится, потом, когда я заканчиваю, я выключаю свет и оставлю его. Он даже не поднимает голову, чтобы сказать мне «до свидания».

Тьфу, насколько ужасный человек. У меня в животе появляется сосущее ощущение.

— Мне кажется, что это действительно очень плохая идея, — говорю я, но мой голос звучит слишком слабо. Мы обе понимаем, что она выиграла.

— Да, возможно, но это всего лишь обычный массаж. Ничего особенного. Простые основные движения, которые ты можешь сделать даже с закрытыми глазами. Единственное, что стоит тебе запомнить, что он любит сильнее.

Я нерешительно смотрю на нее.