– Из всех, с кем ты познакомилась, ты встретила джентльмена, которого бы хотела увидеть вновь?

– Ещё нет, – призналась Кассандра. – Но я не сдамся, пока не познакомлюсь со всеми.

– Как только повстречался с одним, – мрачно откликнулась Пандора, – то повстречался со всеми.

Кассандра пожала плечами.

– Разговоры заставляют время бежать быстрее. Тебе следует самой попробовать.

К сожалению, Пандора ужасно вела светские беседы. Она находила невозможным изображать интерес, когда какой-то напыщенный невежа начинал хвастаться собой и своими достижениями, как его любят друзья, и как сильно другие им восхищаются. Она не могла вытерпеть пожилого пэра, который хотел, чтобы молодая невеста выступала в качестве компаньонки и медсестры, или вдовца, очевидно, подыскивающего себе потенциальную племенную кобылку. Мысль о том, что кто-то из них прикоснётся к ней, даже в перчатках, вызывала мурашки по коже. Размышления о разговорах с ними напомнили Пандоре о том, как скучно ей было.

Уставившись на отполированный паркет, она попыталась придумать, как можно больше слов из букв, составляющих слово ""скучно"". Кучно... очно... сукно... нос...

– Пандора, – послышался резкий голос её компаньонки. – Почему ты опять сидишь в углу? Дай посмотреть на твою бальную карточку.

Подняв глаза на Элеонору, леди Бервик, Пандора неохотно протянула ей маленькую веерообразную карточку.

Графиня, высокая женщина с величественным внешним видом и спиной прямой, как палка, отодвинула перламутровую обложку и изучила тонкие листы цвета слоновой кости стальным взглядом.

Все пустые.

Губы леди Бервик сжались, будто в них продёрнули шнурок.

– К настоящему моменту она должна быть уже заполнена.

– Я подвернула лодыжку, – сказала Пандора, не встречаясь с ней взглядом. Единственной возможностью спокойно оставаться сидеть в уголке и не совершить грубейшую ошибку, нарушив правила этикета, было притвориться, что у неё незначительная травма. Согласно им, как только дама отказывалась танцевать из-за усталости или травмы, она больше не могла принимать приглашений до конца вечера.

Голос пожилой женщины стал холодным, в нём слышалось неодобрение.

– Вот, значит, чем ты платишь лорду Трени за его щедрость? Почему ты позволила ему приобрести для тебя все эти дорогие новые платья и украшения, если заранее собиралась испортить себе сезон?

На самом деле, Пандора чувствовала себя неуютно. Кузен Девон, лорд Трени, унаследовавший графство в прошлом году после того, как умер её брат, был очень добр по отношению к ней и к Кассандре. Он заплатил не только за их наряды для выхода в свет, но и обеспечил приданым, которое гарантировало внимание любого достойного жениха. Её родители, почившие несколько лет назад, были бы намного менее щедры.