Нин Ин Ин абсолютно не задумывалась о последствиях своих речей, и ее волновал только тот факт, что Ло Бин Хэ носил нефритовый кулон, не снимая.

Многие девушки, зная, что у их возлюбленных есть личные вещи, с которыми те предпочитают не расставаться, тут же загораются идеей заполучить столь важную ценность себе. Также и она, чувствуя досаду, не упустила возможности поднять этот вопрос."

"Ну конечно, юноша ни за что на свете не отдал бы свой кулон кому-либо! Это же подарок его покойной приемной матери, на который бедная прачка истратила едва ли не все свои сбережения. Он согревал душу в самые худшие, безнадежные времена; даже спустя годы вражды с целым миром Ло Бин Хэ воскрешал в памяти это тепло, и сердце его смягчалось.

Разве мог он запросто расстаться с ним?!

Мин Фань почти ощутил, как его внутренние органы перевязались узлом от ревности. Ведь не кому-нибудь, а именно Нин Ин Ин принадлежали слова, от которых в сердце вскипела злость, взявшая верх над разумом. Выступив вперед, молодой человек с остервенением прошипел: ""Ты, весь из себя столь благородный и великодушный, и не позволил даже шимэй взглянуть на какую-то побрякушку? Продолжишь в том же духе — и кто поручится, что однажды такой шиди протянет руку помощи своим собратьям, когда мы столкнемся со страшным врагом?""

Опасно! И эта сцена, и эти слова таили в себе большую угрозу!

Нин Ин Ин, осознав, что спровоцировала ссору, поспешно затараторила: ""Шисюн, если он не хочет, то и ладно, ничего страшного! Не нужно заставлять его!""

Но как мог Ло Бин Хэ сейчас потягаться силой с Мин Фанем? Пока другие ученики удерживали мальчика, схватив за руки и ноги, красивый кулон перекочевал в руки старшего.

Нин Ин Ин не сдержала любопытства: ""А… почему ты смеешься?""

Мин Фань легко перебросил нефритовую Гуань Инь ей в руки и злорадно произнес: ""Я-то думал, что он прячет невероятную драгоценность, раз уж так ревностно ее оберегает. Но, шимэй, угадай, что это? Северо-западный товар, ха-ха-ха-ха!""

""То есть… подделка?"" – Сконфуженно промямлила девочка.

Ло Бин Хэ медленно сжал кулаки, а в глубине ясных глаз клубилась тьма. Юноша заговорил, чеканя слова: ""Отдай.

Шэнь Цин Цю бессознательно повторил чужое движение, согнув пальцы пару раз.

Мужчина, разумеется, знал, что нефрит фальшивый. То была одна из самых болезненных тем для Ло Бин Хэ.В тот год работа прачки шла скудно. У нее не было опыта в выборе украшений, и потому ее с легкостью обманули, всучив дешевую подделку за баснословную цену. Убитая горем женщина слегла, и состояние ее стремительно ухудшалось: этих мук Ло Бин Хэ не забудет никогда. И никогда не сможет спокойно сносить злословие по сему поводу.