– Что с моей дуэньей? – Я поймала себя на том, что вцепилась в рукав смокинга Влада, с силой сжала ткань в кулаке.

– Вы должны срочно спуститься в кабинет. Понимаете? Холл, полный гостей. Все ждут вашего выхода, а там она…

Не давая всполошенному слуге договорить, я отодвинула его с дороги и, подхватив длинную юбку, бросилась в сторону черной лестницы, какой обычно пользовались слуги и откуда имелась возможность проскочить в людный холл незамеченной.

В отцовском кабинете горела потолочная люстра на такое количество магических кристаллов, что резало глаза. Рядом со шкафом, где совсем недавно прятались мы с Владом, а в нише был встроен сейф, толпились слуги.

Они расступились, позволяя мне заглянуть внутрь, и у меня под ногами качнулся пол.

Глэдис сидела на полу, прислонившись спиной к стене. В руках она держала бархатный футляр из-под колье. Лицо заливала мертвенная бледность, веки были крепко сомкнуты. Она точно бы присела отдохнуть и случайно задремала. Колени у меня вдруг стали мягкими, и я схватилась за косяк, чтобы не упасть.

– Ну-ка, подвинься, – прозвучал над макушкой мягкий голос Влада, и он осторожно отодвинул меня с дороги.

Некоторое время мы наблюдали, как он пытается прощупать пульс на шее у дуэньи. Потом он передал мне футляр, а когда с легкостью, словно Глэдис весила не больше пушинки, поднял ее на руки, то кто-то из слуг попытался возражать:

– Разве можно до приезда дознавателей трогать труп?

Я вздрогнула, а в голове проклятой каруселью по кругу завертелись одни и те же слова.

…Труп, дознаватели, мертвенная бледность.

– Она спит. – Он перенес Глэдис на диван, осторожно уложил. Рука дуэньи безжизненно свесилась к полу.

 – Анна, проверь, украшение на месте?

Пока он осторожно укладывал провалившуюся в летаргический сон дуэнью на диван, я открыла футляр. Колье исчезло. Испустив дружное оханье, слуги возбужденно зашептались.

– Я отправлю посыльного за знакомым дознавателем, – предложил Кастан, направляясь к письменному столу, чтобы немедленно написать записку.

– Суним Стомма, не смейте вызывать дознавателей, пока не закончится прием!

Мы удивленно оглянулись и обнаружили в кабинете Еву. Она бросила короткий взгляд в сторону столпившейся прислуги, и люди, без преувеличений, съежились.

– Не хотите приступить, наконец, к работе? – ледяным тоном спросила она, отчего-то обращаясь только к Пимборти. – Гостей пора угощать креветочным паштетом. И позовите тетушку Клотильду.

Взбудораженные произошедшей кражей слуги, едва слышно переговариваясь, вереницей вышли из кабинета.

– Пимборти! – остановила лакея Ева. – Проследите, чтобы люди помалкивали об инциденте. Всех, кто начнет сплетничать, немедленно увольняйте без выплаты жалованья.

– Хорошо, нима Вишневская.