Несколько секунд капище молчало, но всё же ответило:

«Помощь тебе замедляет наполнение телепортационной площадки. Ты это понимаешь?».

Я молчал, прекрасно сознавая, что из-за моих просьб приход помощи всё более отодвигался от нас. Но совесть моя была чиста. Там людей было кому защищать… А здесь — нет!

Капище тяжело вздохнуло:

«Подлечу, чтоб гарантировано дожил до лекарей», — был его последний вердикт. Видимо, в Собакине всё же была кровь родовичей, раз капище не отказалось помочь.

Выпрямившись, я обернулся к остальным:

— Нужно идти наверх. Там у нас больше шансов выжить.

— Почему наверх-то? — возмутился Голицын, которому явно не нравилось, что я принял командование на себя. — Спустимся вниз, тоннелями попадём на базу.

— В пасть вот такого же демона ты попадёшь, — рявкнул я, расправляя плечи, — а не на базу. Ты думаешь, они тут сами по себе и абсолютно случайно появились? В тоннелях уже небезопасно!"

"— У нас уже есть магия, резерв полон, — сквозь зубы процедил Голицын. — Отобьёмся!

Толстой переводил взгляд с него на меня и обратно, видимо, решая, чью сторону стоит принять.

— Если не отобьётесь, — обернулся к нам Павлов с трясущимися руками и синяками под глазами, — то я не спасу. Резерв пуст.

— Нам всем безопасней сейчас на вершине стены. Холод и лёд демоны не любят и стараются наверх не соваться, поэтому нам нужно идти наверх, — принялся я объяснять прописные истины. — К тому же Собакина нужно к капищу оттащить, там у него есть шанс выжить. Ваня, конечно, молодец, но он тоже не кудесник, воскрешать не умеет. А Собакина через пару часов уже воскрешать потребуется.

— Почему не в лазарет-то? — снова возмутился Голицын. — Или ты считаешь, что какая-то древняя херня справится лучше, чем один из лучших лекарей?

Я едва сдержался, чтобы не заткнуть Николашу самым простым и действенным способом — ударом в зубы. Но те же Голицын и Толстой мне были сейчас нужны и как боевые единицы, и как дополнительные руки для переноса раненых. Приходилось проявлять чудеса дипломатии и убеждений без рукоприкладства.

— Потому что по тоннелям мы не дойдём до лазарета. В Стене — демоны, — ответил я, и словно в подтверждение моих слов раздался взрыв, и нас основательно тряхнуло. За ним последовал ещё один, да такой силы, что с потолка посыпалась крошка, застревая у нас в волосах и в усах бесчувственного Собакина. — И кажется, они пытаются сравнять её с землёй изнутри.

— Лев, сможешь, расчистить, а после нашего ухода запечатать расщелину, из которой появился Собакин? Нам нужно найти путь на самый верх. Там нас ждут Радмила, Артём и Тихомир.

Толстой колебался недолго.

— Открывать и запечатывать существующие ходы смогу, но с нуля новый ход не проложу, пупок развяжется.

— Надеюсь, не понадобится.