— Скоро, малышка, чуть меньше месяца осталось и у тебя появится брат… — тереблю кудри и целую в покатый лобик.

Смеюсь, а моя егоза спрыгивает с моих колен в руки к нянечке.

Звонок мобильного, заставляет отнять взгляд от удаляющейся дочки.

— Привет, любимая. Как ты?

— Хорошо, только малыш во всю дерется, пинает меня в ребра. Я тебе скажу, что у него отлично поставленный удар. Искры из глаз выбивает.

Слышу бархатный смех.

— Думаю, что любовь к боксу у нас семейная.

— Я скучаю, мистер Ривз! Ты когда приедешь?

— Сегодня же вылетаю, сладкая.

Улыбаюсь счастливо.

— Я безумно скучаю, Тай, — поджимаю губы.

Мне действительно, особенно в последнее время очень его не хватает. Хочется, чтобы все время был рядом.

— Канареечка моя. Это была последняя важная встреча. Больше я вас с Элис не оставлю, уже перепоручил все переговоры. До самих родов я из штатов ни ногой.

Замолкаю. Перевариваю информацию и понимаю, насколько большую уступку сейчас делает мой трудоголик.

— Я люблю тебя, Тай, — почему-то голос срывается на шепот и в глазах жжет, но внезапно весь романтизм ситуации ускользает, потому что я вскрикиваю.

— Что случилось? — обеспокоенный, резкий голос мужа наполнен тревогой.

— Да, ничего, сын твой опять пинается…

Мне кажется, что я слышу глубокий выдох на той стороне мира.

— Скоро буду, птичка. У меня душа не на месте. Не должен был улетать и оставлять вас.

— Тай! Я точно с тобой сейчас говорю?! Мне мужа не подменили?!

Смеюсь. У меня настроение меняется с дикой скоростью. То в радость, то в слезы, а иногда огурцы со сливочным кремом ем.

— Господин Ривз, все готово.

Слышу голос и понимаю, что Тайгеру пора заканчивать разговор.

— Я лечу к тебе. Потерпи Канареечка, скоро буду и от себя ни на шаг не отпущу моих самых дорогих девочек.

— Ловлю тебя на слове.

Глава 16

— Адель, я принесла тебе фруктов, — слышу голос своей Эри, поворачиваюсь в сторону грузной женщины, появившейся в беседке. Откладываю телефон.

— Я не хочу, Пышка.

— Надо. Не для себя, а для малыша! — безапелляционно заявляет чернокожая женщина и кладет поднос, забитый нарезанными дольками.

— Ладно, соглашаюсь и тянусь за яблоком.

Единственный фрукт, который на протяжении всей беременности стал для меня чем-то вроде необходимости.

Пышка садится рядом.

— Опять пишешь? — спрашивает и бросает взгляд на тетради с нотами, разбросанными по всему столу.

— Да. Не могу остановиться, — смеюсь, вгрызаясь в очередной ломтик.

— И кто-то только что не хотел есть, — ухмыляется Эйрин, — ты когда работаешь обо все забываешь.

Киваю. Да, действительно водится за мной такой грех. Забывать обо всем и погружаться в свой мир.

Из которого вытащить меня может только дочь. Ради нее все отходит на второй план, а игра в кубики так и вовсе самый главный повседневный ритуал.