Задавай свои вопросы, радость моя, я на все отвечу. Не бойся.

— Что будет с моей семьей?

Чуть отстраняюсь, хочу лицо Аяза видеть, в глаза его проницательные смотреть.

— Ни твой отец. Ни твоя мать не причастны к тому, что случилось. Как я уже сказал виновна Фатима. Ее вина доказана. Далее ее ждет закрытое судебное разбирательство…

На мгновение присматривается ко мне, будто обдумывает говорить, или нет.

— Что… Аяз ты не договариваешь?

Наконец кивает, решает продолжить:

— Она покушалась на жизнь и здоровье твоей матери.

— Что?! — взвиваюсь вся.

— Фатима столкнула Аглаю с лестницы.

Прикрываю на мгновение глаза, мне кажется, что я не дышу.

— Как… как такое могло произойти…

— Личные мотивы.

Прикусываю губу. Примерно понимаю почему и зачем вторая жена отца так поступила.

— А… моя сестра? Что будет с Каролиной?! Ты… накажешь ее?!

Когда вопрос этот задаю, чуть в обморок не падаю от напряжения. Замираю вся.

Но Аяз лишь улыбается."

"До меня наконец доходит, что я имею дело с самым настоящим стратегом и великим правителем, когда шейх неожиданно подмигивает:

— Зачем мне наказывать твою сестру?

Обескураживает меня ответом, а я в его глаза смотрю. Такие проницательные. Глубокие. И замираю, ожидая ответа.

— Скажем так, Мелина. Я использовал ситуацию и развернул все наилучшим образом для государства.

— Аяз… ты… я не понимаю…

Отвечаю шейху, чувствуя себя самой настоящей глупышкой. Но Макадум лишь касается моей щеки, нежно поглаживает.

— Хороший правитель прежде, чем принять решение должен все взвесить и разобраться. Именно поэтому я не спешил к тебе, радость моя, был слишком горяч и давал себе остыть.

Киваю, осознаю слова Аяза.

— И сейчас, разыграв все фигуры на шахматной доске, я могу сказать, что благодаря тому, что твою сестру взял в жены Малик аль Ибрагим, а я провозгласил своей женой — тебя…

Делает многозначительную паузу, чтобы я поняла смысл сказанного шейхом.

— Сейчас мой род и род Малика стали родственниками, а эти узы священны. Многолетний конфликт на границе разрешен и теперь благодаря такой вот рокировке я решил давнюю проблему, которая словно рана не рубцевалась из-за периодически вспыхивающих стычек…

— Ты ужасный человек, Аяз… — отвечаю прижима ладонь к горлу, не знаю восхищаться ли умом этого хищника, или просто в агонию впасть от вида такого кукловода, который умеет выворачивать любую взрывоопасную ситуацию себе на пользу…

— Если бы не случилось этой ситуации, то можно было бы ее придумать, так как решился долголетний конфликт и ситуация, разрешилась, как принято выражаться в политике по типу: Вин — вин…

Прикусываю губу в шоке.

Аяз все продумал.