Мои люди ищут пропавший товар.

-Какой товар?

-Практически вагон «серой» техники. Я думаю, что и удар твоего отца хватил после его исчезновения.

-Вагон… - машинально повторяю, пытаясь осознать масштаб, но он не укладывается в голове.

-Очень серьёзные люди недовольны, Нина, - вздыхает Илья. - Но пока для всех ты - моя. Спрашивать будут только с меня.

Шок в моей голове взрывается подкатившей тихой истерикой.

-Прости… - обхватываю себя за плечи. Они подрагивают.

-Иди ко мне, - притягивает меня к себе Дымов. - Нина… - выдыхает в макушку. - Ты будешь хорошей мамой. Мне не нужно от тебя большего.

Не нужно… Как же это принять?

-И я постараюсь тебе ни в чем никогда не отказывать, - заканчивает он мысль.

Только именно это постоянно и делаешь! Отказываешь! И указываешь на место!

-Можем стать друг другу родными людьми…

Мы стоим посреди кухни, почти обнявшись. Но буквально несколько секунд.

-Поехали, а то опоздаем, - отстраняется от меня Илья. Я покорно привожу кухню в порядок и выхожу следом за ним на улицу.

В машине едем молча. Он делает вид, что увлечён дорогой, а я залипаю в телефон. Машинально листаю предложения на бирже фриланса и создаю заново анкету художника. Подгружаю некоторые свои работы, которые сохранились на телефоне в портфолио. Изучаю расценки. Отправляю запрос на один из проектов.

Едва мы заходим в больницу, я робею. Только теперь начинаю осознавать степень ответственности того, на что подписалась. Столько беременных женщин в одном месте! Они передвигаются по коридорам вальяжно. Разного возраста и внешности. Кто-то один, обмахиваясь карточкой, кто-то в сопровождении мужей."

"Илья уверенно идёт в самое дальнее крыло и подходит к кабинету. Стучит, толкает дверь.

Я слышу из-за неё «войдите» и деревенею. Никогда не была у гинеколога. Мамочки, мне двадцать три! Некоторые девочки уже имеют в анамнезе пару абортов и букет венерических, а я на панике, что сейчас придётся раздеться. Нет, не то чтобы я совсем «дремучая»…

Переступаю порог кабинета в след за Дымовым.

-Вера Тимофеевна, здравствуйте, - подходит к столу, за которым сидит женщина лет пятидесяти и садится на стул, - мы от Руслана Аязовича.

-Опаздываете… - констатирует она, гладя поверх очков на часы, - давайте вашу карту - протягивает руку в мою сторону.

Я бросаю беспомощный взгляд на Дымова. Он хмурится и внутренне разгоняется недовольством.

-Вы, кажется, не понимаете…

-Это вы, молодой человек, не понимаете, - строго перебивает его Вера Тимофеевна. - Желание иметь наследников - это похвально, но вашу девушку я вижу в первый раз. Вы отказались от предложенной базы суррогатных матерей…

Там ещё кроме меня «матери» были? От волнения начинает кружиться голова. Я хватаюсь пальцами за спинку стула.