Холли на одну секунду показалась озадаченной – но только на секунду.

– Ой, да ладно! – отмахнулась она. – И вообще, с этого дня я буду ангелом.

Брэндон ухмыльнулся:

– Ангел без крыльев, зато весь в рыжем меху – так бывает?

Я не участвовал в разговоре, и друзья снова встревожились.

– Ну так что, – спросил Брэндон, – волки достают?

– Хуже, – вздохнул я. – Они вызвали меня на дуэль.

– Ты, надеюсь, отказался? – забеспокоилась Холли.

По моему лицу они поняли, что я как раз согласился.

– Ну ты сдурел! – ахнула Холли.

– Не сдурел – я хочу, чтобы они просто отстали, раз и навсегда. – И я заставил себя проглотить порцию гуляша с лапшой. – Завтра утром узнаете, чем дело кончилось.

– Забудь об этом, приятель! – Холли высоко подняла брови и замахала руками. – Мы пойдём с тобой. Тебе же нужна группа поддержки?

Я задумался. А почему нет? Мне нужны секундант и арбитр. Волки ведь могут потом наплести что угодно, оклеветать меня, а один я не смогу их опровергнуть.

Ночью мы втроём выскользнули из школы и пришли на лесную поляну, где по уговору меня ждали Джефри и компания. Покидать по ночам здание школы не запрещается. Всегда найдётся пара учеников, которым больше нравится спать в зверином обличье в лесу, у озера, в самостоятельно вырытой норе.

Но при такой погоде – влажно, облачно, промозгло – большинство оставались в школе, даже Тео, который обычно по вечерам в обличье лося жевал камыш у озера. Одних только нас, дуэлянтов, понесло в такую сырость в тёмный лес.

– Они уже здесь, я их слышу! – объявила Холли лихорадочным шёпотом.

– Да нет, они ещё далеко, – возразил я, различив вдалеке волчий вой.

– Вы гром-то слышали? – уточнил Брэндон, поводя носом по ветру. – Гроза надвигается. Промокнем насквозь.

– И что с того?! – сердилась Холли. – Давай залезем на дерево. Не хватало ещё мешаться под ногами у этих дураков. Затопчут – и не заметят.

Брэндон был не в восторге, но Холли, уже в виде белки, тянула его за штаны:

– Вперёд, ты сможешь! Чего тут лезть-то – десять метров!

– Тебе известно, что молния чаще всего ударяет в деревья? – промычал Брэндон, но невольно потащился за подругой.

– Да не выдумывай ты, – не унималась белка, – какая молния! Нас скорее двуногие пристрелят, чем молния.

Брэндон застонал и, как был человеком, стал тяжело карабкаться на дерево. Оттуда открывался лучший вид на поляну и на камни, торчащие из высокой травы.

Я превратился в пуму мгновенно. Здесь, в родном лесу, это было так же легко, как дышать. Одежду спрятал в кусты. На мягких лапах я беззвучно подкрался к самой середине поляны. Там уже ждали волки: ночным зрением я чётко видел четыре тёмных силуэта.

– Не струсил, значит, явился, – удовлетворённо прошипел Джефри и подошёл ко мне. Шерсть дыбом, зубы оскалены.