Задание у неё было не в том, чтобы под невидимостью подслушивать заговорщиков, а в том, чтобы играть роль бедной уставшей девушки, которая не довольна местным режимом, и эта роль ей хорошо удавалась. Она подходила к группкам новеньких, и начинала жаловаться на жизнь, обвиняя в своих бедах рогатого ушлёпка и зелёного утырка, пуская слухи, что между ними не только дружба, так с её помощью были вычислены несколько заговорщиков.

Через несколько дней, после великого переселения народов, всё немного поутихло, и стройка продолжилась, мы быстро закончили форт, и сразу же приступили к постройке третьей многоэтажки.

А когда закончим с ней, то перейдём к следующей. Народу пришло так много, что придётся строить целый микрорайон, а ведь скоро гон, и стену никто строить не начинал. Перед тем как строить стену, собранием длинного стола было принято решение, как говориться: ""Потренироваться на кошках"", — то есть на многоэтажках, но с учётом новоприбывших, тренировки могут надолго затянуться, потому что только на остров пустили около пяти тысяч человек, и примерно столько же осталось на восточном берегу. На острове уже, как говорится: ""Яблоку негде упасть"", — а куда деть остальных, я даже не представляю. И ладно деть, можно хоть штабелями уложить, а вот прокормить, хорошо, что в речке, как будто неиссякаемый запас рыбы, которую почти не делая перерывов, вытаскивают мордушками несколько сотен человек. А огороды, уже давно раскиданы по полянкам восточного берега. Но долго так продолжаться не может, на такую кучу народа, уже стягиваются твари со всей округи, как с восточного, так и с западного берега. С восточного уже пропало много людей, у них нет ни стен, ни оружия, и отошедшие в кустики, больше не возвращаются. А с западного берега, уже несколько тварей пытались форсировать реку. И ещё скоро начнётся голод, переходящий в кровавый бунт."

"Выход нашёлся там, где не ждали. Прошёл ещё месяц, мы строили пятую многоэтажку, я как обычно напевал песни с Земли, какие смог перевести на местный, мне дружно подпевали строители, ярко светила местная звезда, и мне сильно напекло голову, в глазах начало темнеть, закружилась голова, я оступился и полетел спиной вниз с высоты четвёртого этажа, и как уже было до этого, от страха я врубил способность рыхления на полную.

Вместо плотной, утоптанной земли, я как будто упал в воду, вот только при падении с четвёртого этажа, я набрал немалую скорость, и меня по инерции потащило всё глубже и глубже. Я подумал: ""Ну вот и всё, Леня, кончилась твоя песня. Сейчас закончится воздух в легких, мана в ядре, и получится, что я сам себя захоронил"". И тут удар, я спиной больно ударился о пол, упав с метровой высоты.