Или, может быть, власть ударила ему в голову. Как бы там ни было, я на это не клюну."

"– Хорошо, – говорю я, потирая его плечи. Ничто так не выводит Гаррета из себя, как его отец. – К черту его. На какое бы внимание он ни надеялся, не давай ему этого.

Но мой парень слишком взволнован, чтобы сидеть спокойно. Я бреду за его широким, мускулистым телом, когда он идет на кухню, чтобы взять из холодильника последнюю оставшуюся бутылку пива. Он выпивает почти половину одним глотком, затем роется в поисках чего-нибудь съестного.

– Из-за такого вот дерьма я не хочу иметь детей, понимаешь?

Этот горький итог выходит так далеко за рамки, что я ошеломлена им целиком и полностью.

Этот итог бьет меня прямо в лицо, острая боль пронзает грудь, когда я перевариваю то, что он только что сказал.

– Тебе повезло, – хрипло говорит он, поворачиваясь ко мне. Он прислоняется к дверце холодильника. – Твои родители – порядочные люди. У тебя хорошие родительские гены, понимаешь? Ну а я? Например, что случится, если я однажды стану таким же, как мой отец, и испорчу своих детей? Заставлю их вырасти в ненависти ко мне?

Я сглатываю комок беспокойства, перекрывающий мне дыхание.

– Ты – не твой отец. Ты совсем на него не похож.

Но Гаррет, как правило, уходит в себя, когда Фил докапывается до него. Он становится тихим и замкнутым. И я знаю, что единственное лекарство – время и пространство. Возможность для него разобраться с мыслями в своей голове без дополнительного давления.

А это значит, что, в который раз, мы не подойдем к теме «эй, у меня в животе растет ребенок, которого ты точно не испортишь».

Глава пять

Гаррет

В субботу утром вместе с полудюжиной товарищей по команде, которых привлекли к участию в двухдневном турнире, я выхожу из самолета в Палм-Спрингсе.

Благотворители поселили нас в хорошем отеле, куда доставили на двух частных авто. Обслуга приносит завтрак в номер, когда Логан пишет мне из соседнего, чтобы сказать, что по телику показывают «Счастливчика Гилмора» и что мне не помешает пара его советов, прежде чем мы начнем игру. Я уже собираюсь ответить, когда звонит мой агент.

– Я ничего не знал об этом, – говорит Лэндон, прежде чем я успеваю сказать хоть слово.

– Что?

Я выхожу на балкон, где несколькими этажами ниже на турнир начинают собираться люди.

Пресса готовится. Персонал бегает вокруг, сгоняя зрителей по углам. Сегодня солнечный день. Не слишком жарко и дует легкий ветерок. Хорошая погода для гольфа. Ну, для людей, которые играют в гольф.

– Когда я пришел в офис, там было голосовое сообщение от продюсера, – объясняет Лэндон.

Боже. Эти люди не успокоятся.

– Ответ по-прежнему нет.

– Верно. Я был предельно ясен в этом вопросе. – Повисает долгая, сбивающая с толку пауза.