Он и сам не понимал, отчего ему так «приперло» жениться на Татьяне, но он знал совершенно точно — он хочет этого больше всего на свете. И он-таки добился от нее согласия на бракосочетание в январе.

— Да помню я, помню, не раньше января. Но может, ты все-таки передумаешь, а? Ну что тебе январь этот? Давай сейчас поженимся. И все проблемы снимутся сами собой.

— Ладно, в конце декабря.

— Нет, сейчас, — настаивал Стасов, почувствовав, что поймал благоприятный момент и можно «дожать» неуступчивую возлюбленную. Он так скучал без нее! Он так ее любил.

— В начале декабря.

— Немедленно! Таня, ну я прошу тебя…

— Ну ладно, в ноябре, — сдалась Татьяна.

— Договорились, — подхватил Стасов. — В начале ноября, в аккурат на День милиции.

— Димка! Не передергивай, не бери меня за горло.

— Спасибо, Танечка. В первые же свободные выходные я приеду, и мы подадим заявление. Как Ирочка?

— Прекрасно. Порхает, поет, готовит, убирает, следит за мной, аки нянька за младенцем.

— Везет тебе.

— Надо уметь выбирать родственников, тогда и тебе повезет.

Ирочка была сестрой первого мужа Татьяны. После развода муж уехал на постоянное жительство в Канаду, а его родная сестра превратилась в ближайшую подругу, наперсницу и домоправительницу Татьяны Образцовой, которая работала следователем, а в свободное время писала под псевдонимом Татьяна Томилина детективные романы, пользовавшиеся у читателей большим спросом. Такая интенсивная деятельность была бы невозможна без Ирочки Миловановой, освободившей Татьяну от всех бытовых забот и умело организующей ее время, превращая двадцать четыре часа суток как минимум в тридцать шесть, как хорошая хозяйка из скудных запасов в холодильнике готовит стол для четверых внезапно нагрянувших гостей.

Положив трубку, Стасов увидел, что в кухню, сонно покачиваясь, вползает его любимое чадо в байковой пижамке.

— Это мама звонила?

— Нет, тетя Таня. Почему ты не спишь?

— Ты будешь на ней жениться? — спросила Лиля, совершенно проигнорировав отцовский строгий вопрос о причинах «неспанья».

— Ну… Если ты не возражаешь.

— И я должна буду называть ее мамой?

— Совсем не обязательно. Даже и не нужно. У тебя есть мама, а тетя Таня будет моей женой, и ты можешь называть ее тетей Таней или просто Таней. Как тебе захочется.

Лиля облегченно вздохнула. Давным-давно предоставленная самой себе в части выбора книг, она прочитала уже столько «взрослого», что в головке ее образовалась чудовищная смесь чисто детских представлений и трагических «жизненных» историй. В частности, это были истории про плохих приемных матерей и страдающих падчериц.

— Папа, а если мама женится…

— Не женится, а выйдет замуж, — поправил ее Стасов.