— Множество любопытных фактов и, на мой взгляд, каждый из них нуждается в проверке, — нахмурился Бестужев. — С одной стороны все они заслуживают внимания, но вот как-то слишком плохо все это сплетается в один узел.

— Вы сейчас говорите о предполагаемых заговорщиках? — вопросительно поднял бровь Император.

— В большей степени меня интересуют те, кто плечом к плечу встал на защиту интересов. Все названные фамилии мне хорошо известны и у меня возникают вопросы, как так случилось, что все эти люди вдруг оказались на одном поле. Игнатьев, Теряев, Ильин, Салтыков, Бирюков.

.., — Бестужев пожал плечами. — Если уж на то пошло, то у каждого из них есть повод затаить обиду на Соколова. За исключением разве что Бирюкова, но этому господину очень легко найти такой повод при желании. Думаю, вы меня понимаете, Ваше Императорское Величество.

— Вы очень хорошо осведомлены о дворцовых делах, граф. Да, Порфирий Григорьевич еще тот фрукт.

— Ну и насчет Верховцева я сомневаюсь, Николай Александрович, — посмотрел в глаза Императору Бестужев. — Я его знаю много лет, и он бы не стал участвовать в этой поганой истории. Он патриот, славный сын своего Отечества.

.. В этом деле нужно хорошенько покопаться. Слишком дурной запах от него идет.

— Вот и покопайтесь, Георгий Васильевич. Я вас затем собственно и пригласил, — Романов развел руками. — Если говорить начистоту, мне нравится мальчишка и я был бы очень расстроен, если эта история окажется правдой. Будет обидно, если род Соколовых закончит свое существование. Так что меня интересует правда, а не скорость, я понятно излагаю?

— Вполне, Ваше Императорское Величество. Думаю, вскоре нам будут известны ответы на все вопросы в этом деле.

— Вот и прекрасно. Только у меня к вам будет просьба, не нужно никому причинять страданий, пока у вас не будет четкой уверенности в чем-то, хорошо? Я не хочу, чтобы как только мальчишка вернется из Мурманского княжества, вы зажали ему яйца в раскаленных клещах и начали с ним беседовать. Договорились? Сделаете это позже, если факты найдут свое подтверждение.

— Предоставить ему полную свободу действий? Николай Александрович, до тех пор, пока мы не выясним обстоятельства по этому делу, было бы неплохо, чтобы Соколов был ограничен в передвижениях, — Бестужев пожал плечами.

— Если все это окажется правдой, не хотелось бы трать время на его поиски...

— Вот и ограничьте, — согласился Романов. — Просто не перегибайте палку.

— Хорошо, Ваше Императорское Величество, я вас понял. После того, как я с ним побеседую, Соколов будет находиться в своем владении, под нашим пристальным наблюдением.

— Кстати, остальных это тоже касается. Сделайте все профессионально, Георгий Васильевич. Не стоит сначала всем сломать ноги, а потом начать задавать вопросы.