"

"Бабушка Ли не смогла наскрести денег на билет до Нью-Йорка, а мать Логана так яростно противилась их браку, что ей рассказали обо всем только через день после регистрации. Но несмотря на все это, несмотря на бедность, отсутствие друзей и родных и неясное будущее, оба в тот день были счастливы и бесконечно оптимистичны. Они верили друг в друга. Верили в силу любви. И последующие несколько лет это все, что у них было, — вера друг в друга и огромная любовь.

Образы Логана мелькали в мозгу Ли, как слайды в проекторе… Логан при первой встрече… молодой, слишком тощий, но совершенно неотразимый, практичный и не по годам мудрый.

На первое же свидание он повел ее на концерт симфонического оркестра. До этого Ли в жизни не бывала ни на одном концерте и во время паузы захлопала в ладоши, посчитав, что пьеса окончена. Пара, сидевшая впереди, обернулась и смерила Ли пренебрежительными взглядами, что окончательно ее добило. Но Логан не собирался так легко спускать хамство по отношению к своей девушке. Дождавшись перерыва, он подался вперед и заговорил с пожилой парой — вежливо, обезоруживающе, как с близкими людьми:

— Не правда ли, как замечательно, когда мы впервые сталкиваемся с тем, что позже становится нашим увлечением на всю жизнь? Помните, каким счастьем это казалось?

Немолодые уже люди обернулись, и недовольные мины мгновенно сменились улыбками, адресованными Ли.

— Мне вообще не нравилась симфоническая музыка, — признался мужчина. — Но у родителей были сезонные абонементы, и они потащили меня с собой. Честно говоря, я проникся далеко не сразу.

Они вместе провели антракт, и мужчина угостил их шампанским, чтобы отпраздновать первый концерт Ли.

Она вскоре обнаружила, что у Логана был свой метод общения с чванными, спесивыми, высокомерными людьми.

Он умел расположить их к себе двумя словами, превращая в своих друзей и почитателей. Мать Логана часто говаривала, что «хорошего воспитания ничем не заменишь», а у Логана этого было в избытке: врожденного безупречного чувства такта и хорошего воспитания.

На второе свидание Логан предложил Ли самой выбрать, куда отправиться. Она решила пойти в малоизвестный вне-бродвейский театр, ставивший пьесу нового молодого драматурга Джейсона Соломона. Весь третий акт Логан благополучно продремал.

Ли, как студентка театрального факультета Нью-Йоркского университета, сумела достать пропуск за кулисы.

— Что вы думаете о пьесе? — живо спросил Соломон, когда Ли представилась сама и представила Логана.

— Изумительно! — выпалила Ли отчасти из вежливости, отчасти из всеобъемлющей любви ко всему, имеющему отношение к театру. По правде же говоря, она считала, что если текст превосходен, то игра актеров всего лишь сносная, а освещение и режиссура вообще никуда не годятся.