— Не за что. И Дамир, — немного небрежно поправляет Керефов, протягивая мне наконец сумку, — Номерок доставай, Жень.

Беру. Это дикость, но даже этот невинный жест вдруг обжигает какой-то мучительной интимностью. Наверно потому, что когда Дамир передает мне сумку, то смотрит открыто и в упор. Будто хочет удостовериться, насколько я буду послушной и точно выполню его указание. Пальцы на мгновение соприкасаются. Я опускаю глаза, роюсь в своем безразмерном мешке, мучительно краснея.

— Нашла, — зачем-то говорю вслух через пару секунд.

— Давай, — опять говорит немного насмешливо и протягивает за номерком руку.

Отдаю. У меня просто нет сил сейчас ему сопротивляться. Даже в таких мелочах.

— Как вы догадались, что я хочу уйти? — это немного дурацкое в нынешней ситуации ""вы"" — пожалуй, мой единственный вялый протест против происходящего."

"— Подруга твоя поднялась — сказала, что наверно, лучше тебе сумку отнести, — ровно сообщает Дамир.

— М-м-м, — тяну я, кусая губы и отводя взгляд.

В груди вспыхивают и начинают бороться два противоречивых чувства. Первое — облегчение, что Дамир нас не слышал.

Второе, что…Значит он просто принес мои вещи и остается, да?

С какой-то жадностью наблюдаю за ним исподтишка. Как он кидает быстрый взгляд на мой номерок в своей руке, чешет короткую, идеально постриженную бороду и… Тут в груди ёкает, и пульс вновь начинает частить… Достает из кармана брюк свой номерок.

— Вы…тоже уходите? — интересуюсь сухим ломким голосом.

Дамир устремляет на меня свой фирменный, чуть насмешливый, оценивающий взгляд.

— Да, отвезу тебя домой.

— Знаете, спасибо, но я, наверно, доеду сама.

Он на это лишь молча криво улыбается, скользя по мне черными бесстыжими глазами, пока отдает наши номерки гардеробщику. Тарабанит пальцами по стойке в ожидании вещей. Распахивает передо мной мою куртку, вынуждая принять его помощь в одевании. Я покорно поворачиваюсь к нему спиной, попадаю в рукава. И застываю, как вкопанная, боясь вздохнуть, когда Дамир вдруг крепко сжимает мои плечи и, наклонившись к самому уху, бархатно шепчет:

— Сомневаюсь, что ты ко мне домой сама доедешь, Жень. Всё, пошли.

Я только ошалело моргаю, а Керефов уже отстраняется и, обхватив меня за талию, подталкивает к выходу.

Услужливо распахивает перед нами дверь. Выхожу на улицу, впав в какой-то ступор. Слишком много всего за последние полчаса. Мои, закоротив, микросхемы сгорели окончательно…

Ночной промозглый ветер ударяет прямо в лицо, мгновенно забирается под распахнутую куртку, заставляя вздрогнуть. Чернота вокруг, расцвеченная миллионами уличных огней, слепит контрастами городского вечернего пейзажа, и я наконец немного прихожу в себя.