Ногти впиваются ему в плечи, подаюсь ближе, насаживаясь на пальцы сама…

Он отпускает мою ягодицу и левой рукой тянет резинку своих штанов вниз, высвобождая налившийся кровью член. Проводит по нему кулаком, а затем лезет в карман и достает оттуда квадратик презерватива. Молча протягивает его мне, а сам откидывается на диване, обняв руками спинку и выжидательно смотря на меня.

Мои губы дергает нервная улыбка, потому что это очень примечательное зрелище, которое будет преследовать меня, наверно, до конца жизни — развалившийся на диване Керефов с торчащим из штанов стояком наперевес.

Но его настроение, напряженное и какое-то по скрытому злое, не дает возможности расслабиться и уж тем более пошутить. Поэтому я молча сажусь перед ним на колени, распечатывая презерватив. Начинаю было раскатывать по члену, но Дамир перехватывает его у меня и засовывает латексный кружочек мне между губ, а потом давит на затылок, чтобы наклонилась.

Послушно опускаюсь ртом на член и старательно раскатываю презерватив до самого основания ствола, прикрывая глаза. Когда упираюсь носом в пах, Дамир нажимает мне на затылок, не давая подняться. Горло окольцовывает спазм, сжимая толкнувшуюся у него головку, и сквозь моментальный шум в ушах, я слышу, как Дамир довольно шипит, прижимая мою голову к себе уже двумя руками.

Инстинктивная паника от неожиданности и невозможности дышать парализует мозг. Мычу и дергаюсь, пытаясь увернуться, беспорядочно стучу кулаком по его бедру. Секунда, две, и Дамир резко оттягивает мою голову от себя, хватая короткие волосы на затылке и заставляя поднять к нему лицо. Я тут же надсадно закашливаюсь и убираю тоненькие нитки слюны с подбородка. Устремляю на Керефова ошарашенный, размытый из-за выступивших слёз взгляд.

— Охренел? — шепчу зло, вытирая щеки.

— Садись, — вместо ответа предлагает Дам, снова ведя кулаком по своему перевитому венами члену, находящемуся у меня прямо перед глазами.

— Ты охренел, — констатирую я, но, вместо того, чтобы послать его куда подальше, удивляю сама себя и, встав с колен, залезаю на диван, ставя ноги по обе стороны от его бедер."

"Упираюсь руками в спинку около его запрокинутой ко мне головы и медленно опускаюсь на вздыбленный, блестящий от моей слюны член. Вижу, как у Дамир размыкаются губы, когда половые губы касаются дрогнувшей головки, как резко дергается его грудная клетка, когда я с тихим стоном опускаюсь до конца, вбирая его в себя. Черный взгляд подергивается поволокой и веки тяжелеют, когда снова приподнимаюсь и опять опускаюсь на него, вращая бедрами.

Дам прикрывает глаза и откидывает голову назад. Руки, так и покоящиеся на спинке дивана, сжимаются в кулаки и снова расслабляются по мере того, как я постепенно увеличиваю темп, двигаясь на нем.