"

"Наконец, я кое-как натянула форму, Риз завязала мне косы, потому что рука все еще плохо меня слушалась, после чего мы с подругой поспешили в столовую. Прихватили по дороге Ясмину, затем к нам присоединились парни с нашего курса и несколько человек из команды.

И мы очередной раз принялись обсуждать то, что уже было известно к этому моменту, домысливая все остальное.

Мы знали, что после завтрака ожидался общий сбор команды, где нас собирались наконец-таки поделить по дисциплинам, в которых нам предстояло выступать на Играх. Затем каждый начинал заниматься по индивидуальной программе, тренируясь под руководством ответственных за свои дисциплины преподавателей.

Огласить списки должны кураторы нашей команды. Насколько я слышала, их будет двое — один выбранный академией и кто-то еще, приставленный к нам из столицы — потому что участие команды в Играх Содружества, как нам объяснили, было делом государственной важности.

Имен кураторов нам пока еще не называли, и это тоже стало предметом жарких споров в столовой, как и деление по дисциплинам.

Но не сразу — сперва мне в очередной раз пришлось рассказывать о бомбах, найденных в лазарете, а вокруг нашего стола принялись толпиться студенты — не только целительницы и мои однокурсники, но подтянулись и с остальных курсов.

Появление Кайдена тоже вызвало заметное оживление. Он собрал вокруг себя не меньшую толпу, чем была возле нашего с Риз столика, и я совершенно спокойно отреагировала на то, что привел свою толпу к моей.

То есть подошел и уселся рядом со мной, приказав Отто и Бернарду подвинуться.

По крайней мере, я восприняла это куда спокойнее подруги, уставившейся на нашего капитана с самым недовольным видом.

Риз еще не знала, что вчера мы с Кайденом поговорили. Пусть урывками, и бомбы были нашими свидетелями, но я для себя все выяснила. Определилась в своем отношении к нему и поняла, что между нами может быть только дружба.

Кайден, наверное, все еще пребывал в неведении, но я собиралась в самое ближайшее время поставить его в известность. И если он питал какие-либо надежды на то, что все будет как раньше, ему следовало поскорее от них избавиться.

— Команде академии быть на поле для взлетов ровно через полчаса, — разнесся по столовой усиленный магией голос нашего декана. — И чтобы без опозданий! Остальных ждут на лекциях, и тоже без опозданий.

Все принялись спешно доканчивать завтрак, а я, повернув голову, чтобы отыскать глазами Мартина, случайно наткнулась взглядом на Томаса Хансена.

Как обычно, тот сидел за соседним столом нашего курса. В одиночестве, потому что остальные сгрудились вокруг нас с Кайденом.