Одернул легкую, невесомую кольчугу из тамила, изделие древних мастеров, и зашагал к двери, следом за воительницей ардов. Через секунду из спальни вылетела Седора, и с криком: «Я с вами… с тобой!» — побежала следом.

На площади собралось несколько сотен селян. Они тихо переговаривались и поглядывали на ардов, стоящих рядом с Бордонаром и Васабой, забравшимися на высокое крыльцо трактира, украшенное веселенькой сине–красной раскраской в виде морского простора и высовывающихся их него красных щупалец неведомого чудовища.

Этот рисунок видимо должен был олицетворять собой загребущие руки трактирщика, как чудовище высасывающего из карманов односельчан все заработанные деньги.

Похоже было, что трактир процветал – здание отделано новыми досками, выкрашено в бежевый цвет, а над входом висела новая вывеска, явно повешенная совсем недавно. На ней был нарисован сам трактирщик – толстопузый мужчина лет сорока пяти, салютующий поднятой пивной кружкой.

На рисунке он улыбался, но улыбку художник изобразил такой, будто этот бородач злобно щерится и целится пивной кружкой разбить голову случайному прохожему.

Сам трактирщик стоял внизу, впереди толпы народа, и сложив руки на объемистом животе угрюмо поглядывал на пришельцев захвативших его тихую деревню. От него шла такая волна ненависти, раздражения и скрытого ожидания возмездия злым ардам, что казалось будто ее, эту волну, можно пощупать.

Нед в очередной раз пожалел, что его способность слышать мысли пока так и не вернулась, забрался на крыльцо и тихо спросил у Васабы и Бордонара:

— Как прошло? Убитые, раненые есть?

— Нет – негромко ответил Бордонар – после того, как разошелся слух, что ты засадил демона в живот того придурка – все пошли на площадь бегом, без сопротивления. Боятся магии. Впрочем – как и все.

— Это хорошо. Боятся – это уже полдела – хмыкнул Нед, набрал воздуха в грудь и громко начал:

— Селяне! Мое имя Нед Черный!

— Знаем уже – прогудели деревенские, а кто-то из толпы ехидно добавил – это ты так Салли голову задурил, что она до сих пор опомниться не может? Гадит под себя от любви!

Шутника зашикали, послышался звук удара, и все снова затихло.

Нед осмотрел толпу, выдерживая паузу, и продолжил:

— Теперь здесь будет крепость. В ней будет жить Черный клан. Я его конор. То есть – глава.