"

"Рихарт присел с флягой на бревно, незаметно наблюдая эти мелкие мужские хитрости, когда к нему с солнечной улыбкой подошла хозяйка. Король тут же поднялся, приветствовать даму.

- Ваше величество, позволите присесть? - спросила она.

Он даже растерялся, жестами показывая, что ни в коем случае не против. Мирослава устроилась на бревне и пригласила его присесть рядом. А потом сказала:

- Государь, Вадим рассказал мне вчера суть вашей проблемы.- тут она помахала мужу, засмотревшемуся в их сторону. - Вы же не сердитесь, ваше величество?

Смысл ему был сердиться? Понятно же, что у демона от его ведьмы не может быть никаких секретов.

- Леди, зовите меня Рихарт, - мягко ответил он.

- Спасибо, а вы меня Мира.

- Хорошо, леди Мира.

Она негромко рассмеялась, потом посерьезнела.

- Я хочу вам кое-что рассказать, Рихарт. Об этом кроме меня вы ни от кого не услышите....

Но дальше Рихарту так и не удалось услышать, потому что, завладев всеобщим вниманием, во дворе материализовался груженный баулами старый знакомец Селим. Он, кажется, еще больше поправился за год, и кряхтел и пыхтел, больше обычного. Селим приседал, избавляясь от многочисленных пакетов и гигантских сумок.

Вадим что-то ему крикнул, тот вскинул руки, мол, сейчас, и снова исчез.

Мирослава не была бы женщиной, если бы не кинулась к пакету с логотипом известной фирмы изящного белья. Вскинула на мужа благодарный взгляд и тут же заглянула внутрь.

Так же неожиданно как и исчез, появился Селим, выгрузил ящики с цветочной рассадой. И так несколько раз подряд. А под конец уже пыхтя с натуги и обливаясь потом сгрузил на землю еще два ящика.

Рихарт даже крякнул, увидев их содержимое.

Нет, он конечно не знал, для чего эти металлические баллоны предназначены, но выглядели они весьма знакомо, хотя видеть их ему приходилось всего один раз.

И белые буквы, похожие на руны, он прекрасно запомнил. А заодно и понял, откуда проистекает пресловутый источник контрабанды, столь нервировавший Найкла.

В ящиках были огнетушители. Красные, с надписью ""Fire Stop"".

Рихарт прикрыл глаза, потер переносицу, и с трудом удержался, чтобы не расхохотаться. Он уже собирался встать и приниматься за работу, но тут, разобравшись наконец со своими обновками, к нему вернулась Мирослава, присела рядом.

- Я все-таки хочу рассказать. Простите, если это вас заденет, потому что речь пойдет о вашей семье... Но вы должны знать.

Что-то это вступление не сулило ничего хорошего. Рихарт напрягся. А Мирослава, глядя куда-то вдаль говорила:

- Речь пойдет о супруге вашего покойного брата короля Гордиана, о Линевре. Как вы знаете, мы с ней некоторым образом поменялись местами, и часть ее души какое-то время была во мне. До тех пор, пока ее тело не вернули из моего мира.