Я делала вид, что не вижу его, задергивала шторку, но он все равно продолжал стоять возле автобуса, как побитая собака, которая ждала, что ей кинут кость.

Случайная встреча

Когда автобус тронулся, я облегченно выдохнула. Уже через пятнадцать минут, когда я ехала в город, а впереди были два часа пути, я расслабленно сидела в кресле и смотрела в окно. Я была настолько рада, что уезжаю из дома, что это, пожалуй, можно было сравнить с радостью заключенного, которого выпустили на свободу.

А еще я думала о том, что я совершенно не хочу возвращаться домой, где все мне будет напоминать о том, что со мной делал Егор. Каждая деталь, каждая комната, каждый предмет – все будет напоминать мне о боли, унижении и отвращении.

Как я ненавидела себя. Я смотрела на свои руки, ноги, на свою грудь, которые он лапал своими ручищами, стараясь доставить мне как можно больше боли и унижения. Егор хотел владеть мной также, как и моей матерью, возможно, даже больше, потому что я сопротивлялась, а это еще больше заводило его и заставляло стремиться к тому, чтобы овладевать мной все чаще, оставляя на моем теле все больше своих отпечатков.

Когда автобус въехал в город, я уже почти забыла обо все, что произошло сегодня утром, я не хотела думать об этом. Достав телефон из кармана, я собиралась позвонить бабушке и предупредить, что подъезжаю к вокзалу, но тут же увидела несколько сообщений от Егора."

"На первом я увидела свое фото, а потом длинный текст от своего отчима: «Я буду ждать тебя, смотреть на твою фотографию и кончать на нее. Каждый раз, когда я буду кончать, я буду делать это на твое изображение. На нем ты улыбаешься, а скоро ты будешь точно также улыбаться, когда я буду заливать тебе в рот свою сперму».

Я выключила экран примерно на половине текста, потому что мне стало дурно от того, что я прочла. Мерзко, отвратительно, невыносимо. Я только начала приходить в себя, а тут такая пошлятина. Я удалила все его сообщения, а потом поставила его имя в «черный список».

Больше эта сволочь мне не напишет и не позвонит. Я убрала телефон, когда автобус уже заезжал на вокзал. Я увидела бабулю, которая радостно махала мне руками, и ощутила прилив радости и сладкого предвкушения от предстоящих каникул вдали от мрази, по имени Егор.

Только когда я вечером легла в кровать, находясь уже у бабушки дома, я ощутила себя спокойно и умиротворенно. Поговорив перед сном с матерью т услышав на заднем фоне голос Егора, я поняла, что он остался далеко от меня, а значит, я была в безопасности от него.

Первые дни у бабушки я просто валялась в кровати, читала книжки и смотрела телевизор. Мне было так хорошо, что я постепенно начала вылезать из той моральной дыры, в которой я оказалась по вине своего отчима.